Журнал Радио 10 номер 1971 год.

Журнал Радио 10 номер 1971 год. ПОЗЫВНЫЕ ЯХТЫ «ПИНГВИН» В. КНЯЗЬКОВ  Продолжение, начало в ╧ 9
На просторах реки Хатанга

Яхта «Пингвин» во главе «эскадры» из двух лодок шла вверх по реке Авам.

Авам здесь широк и полноводен. Его берега окаймлены приполярным лесом и довольно живописны.

Вечером, при очередном радиосеансе, в приемнике отказал второй гетеродин. Связь с Челюскиным удалось осуществить лишь благодаря терпению оператора UKOBAE Валерия Русского и очень громким сигналам станции. Мы сообщили ему, что приближаемся к участку сухопутного путешествия — к волоку, и возможны перерывы в связи, так как на волоке мачту «Пингвина» придется «рубить».

Перспектива остаться без связи очень тревожила нас. К счастью, гетеродин удалось починить.

Мы шли весь вечер. Места волока мы не знали и целиком полагались иа нашего проводника Ивана Еремина. Он на этой реке родился, вырос и состарился. Река кормила его и его семью. Иван Еремин молча смотрел на правый берег и беззвучно шевелил губами, как будто просматривал книгу, понятную ему одному. И когда, наконец, дошел до нужной страницы, облегченно вздохнул, словно радуясь, что не забыл ее, и твердо сказал: «Здесь».

Была полночь. Но солнце светило ярко. Возвышенный берег здесь мало чем отличался от других мест, только был свободен от кустов на три — четыре метра. Однако именно отсюда начинался некогда известный Авамо-Тагенарский волок, которым пользовались мангазейские землепроходцы в своих плаваниях к устьям Анабара и Лены.

Наша «эскадра» подошла к берегу, и мы поднялись наверх по глинистому пятиметровому склону.

Никаких следов старых волоков мы сначала не обнаружили. Но вскоре на берегу нашли остаток врытого в землю столба, сейчас от него остался только обрубок, высотой сантиметров в тридцать. Когда-то, видимо за него закладывали тали, и ладья на веревках медленно выползала по каткам на берег. Потом ее тянули еще четыреста метров по тундре до Авамского озера, затем второй волок — и река Тагенар.

По крайней мере так говорили имевшиеся у нас данные, и на это мы и рассчитывали. Но Таймыр внес свои коррективы.

Утром капитан с проводником, захватив с собой резиновую надувную лодку, отправились на разведку и обнаружили, что между Авамом и Тагенаром вместо предполагаемых двух необходимо преодолеть три сухопутных участка, общей длиной около двух километров.

Некоторые участки волока проходили по заливам озер, где уровень воды едва достигал 15 — 20 сантиметров, а дно было очень вязкое. Протащить «Пингвин» здесь было почти невозможно.

QSL-карточка радиостанции, яхты ╚Пингвин╩

К вечеру, когда вернулись разведчики, положение еще более осложнилось: вода в Аваме падала на глазах, и к вечеру уровень ее настолько понизился, что обратный путь был почти отрезан. Назревала реальная угроза — застрять на волоке.

Когда подошел срок связи, в эфир полетела тревожная радиограмма: помощи мы не просили, но обрисовывали положение и для страховки указывали, насколько могли точно, свои координаты.

Принявший эту радиограмму Валерий с мыса Челюскин сразу разобрался в обстановке: я слышал, как он тут же передал информацию другим станциям с просьбой внимательно следить за нами.

А утром следующего дня Анатолий Савельевич объявил:

— Начинаем волок!

Другого выхода у нас не было: за ночь уже половина корпуса «Пингвина» оказалась на грунте — вода продолжала спадать.

Мы быстро разгрузили яхту, подвели под корпус собранные тут же сани и прикрепили их веревками к корпусу.

Дальше имелось в виду работать по схеме: две доски в качестве рельс, на них катки, которые оставались здесь, повидимому, еще от прежних волоков, на катках сани с «Пингвином» и «раз, два — взяли!» Так должно было быть — теоретически. Однако на практике все оказалось значительно труднее. Начало волока осложнялось тем, что яхту нужно было тянуть с воды на берег пятиметровой высоты со склоном 35-40 градусов. Да и склон был изрыт когда-то протекавшим здесь ручейком.

Работали целый день. К вечеру «Пингвин» красовался на санях на берегу. Мачту «рубить» мы не стали, поэтому вечером мне впервые в жизни пришлось вести связь с судна, находящегося на суше. На Челюскин было передано: «Начали волок, прошли 33 метра».

На другой день после ужина мы снова впряглись в лямки. Ближайшей нашей целью теперь было преодолеть 400 метров волока от берега Авама, где стоял «Пингвин», до Авамского озера.

К трем часам утра на последних десяти метрах, протащив «Пингвин» по колено в жидкой грязи, мы с трудом столкнули его вместе с санями в Авамское озеро. Первый этап волока был пройден.

По данным проводника и нашей разведки мы должны были протащить «Пингвин» вдоль берега озера метров триста влево — в северный конец озера. Отсюда начинался следующий волок. Пока мы перетаскивали оставшийся на берегу груз к озеру, наши разведчики обнаружили другой путь волока, короче.

Перегнав «Пингвин» к противоположному берегу, мы увидели в 120 метрах Тагенарское озеро. Волок здесь был. Об этом ясно говорили старые катки, которые попадались нам, и знак на берегу Тагенарского озера: на верхушке полусгнившего двухметрового шеста, закрепленного внизу тремя раскосами, была укреплена поперечная деревянная стрела, почерневшая от времени, наклоненная в сторону озера. В бинокль на другой стороне мы заметили такой же знак с наклоном стрелы в нашу сторону. Яснее, кажется, и не скажешь!

Этот волок, хоть и самый короткий, оказался самым тяжелым! Двигаться пришлось по заболоченной тундре, в которой утопали и ноги, и сани. Устав от предыдущего волока, люди едва перетаскивали скользкие и тяжелые от воды катки. На этот раз «Пингвин» двигался буквально черепашьим шагом. Даже команду для очередного протаскивания подавать долго никто не мог. Казалось, этим ста двадцати метрам не будет конца! В довершение всего под утро появились тучи комаров...

В восемь утра последним усилием мы столкнули «Пингвин» в Тагенарское озеро. Этот волок запомнился нам надолго!

Отдыхали весь день. Вечером я передал в эфир: «На плаву, в озере Тагенарском». Челюскин слышал нас слабо, но Валерий как всегда, блеснув мастерством, принял все, поздравил нас и пожелал успешного завершения операции.

А в ночь, перегнав «Пингвин» на другую сторону озера, мы начали последний — третий волок. И хоть был он, как и первый, около четырехсот метров, но то ли навык у нас появился, то ли втянулись мы в такую работу — одно можно сказать: прошли мы его довольно быстро и без особых хлопот.

Через три часа «Пингвин» был уже на плаву в маленьком, метров сто в длину, мелком озерке, сплошь поросшим осокой и с вязким грунтом, который лежал на льду. Из озерка всей бригадой протолкнули «Пингвин» по узенькой протоке, сквозь заросли кустов. И вдруг неожиданно перед нами открылась незабываемая картина: среди густых лесных зарослей катила свои волны река и круто отворачивала влево. Мы были в Тагенаре. Перед нами возникла волшебная картина — синее, синее небо, яркое солнце, густые заросли на берегах. Мы остановились, буквально пораженные открывшейся красотой, не будучи в состоянии поверить, что это Таймыр. Казалось, будто это где-то в джунглях Цейлона или Амазонки, а не на Севере!

Долго и тепло прощались мы с усть-авамцами. И вот, наконец, остались одни. После отдыха тихонько оттолкнулись от берега. Володя салютовал, паля из двух стволов единственной двухстволки. Это был салют нашей победы! И волны Тагенара, подхватив швертбот понесли его вперед!

Всем нам очень хотелось сообщить на Большую Землю, что мы прошли волок. Теперь мы шли по Тагенару. Но в очередной срок в эфире была тишина. Не слышалось ни одной станции. Вызовы корреспондентов тоже ничего не дали: никто мне не отвечал. Очередное непрохождение! Об этом меня предупреждали еще в Норильске. Пришлось смириться. Я все же отстучал «Прошли волок, следуем Тагенару». Как потом выяснилось, Саша Малыгин все-таки принял мое сообщение и передал его в Норильск.

Самый трудный участок был пройден. А Тагенар бежал, петляя, звал нас все дальше и дальше.

Тагенар... Одна из самых живописных рек Таймыра. На протяжении десятков километров течет она из озера в озеро, выход из которых не сразу найдешь. Очень часто выручал нас наш проводник — Иван Еремин — добродушный и добрый старик, который не раз проходил здесь и хорошо знал эти места. Но даже и он иногда терял ориентировку.

Неожиданно река уперлась в тупик из поросшего осокой болота.

Прыгаем в воду. Глубина — по колено. Под ногами лед с небольшим слоем грунта, на котором ухитряется расти осока. Положение — не из приятных; оставив за спиной три волока водораздела, когда, казалось, впереди путь свободен, мы вдруг встали перед угрозой застрять посреди этого болота в тундре; вдали от населенных пунктов и отсутствия твердой земли, где можно было бы раскинуть лагерь, спокойно провести несколько дней, разгрузить судно и провести его.

С трудом, раскачивая «Пингвин» и меняя направление, стараясь выгадать каждый сантиметр глубины, мы начали толкать яхту к чистой воде. Так возник четвертый незапланированный волок. Мы назвали его «мокрым волоком».

В очередной срок в эфире опять никого! Вторые сутки уже мы без связи, хотя передатчик работает хорошо.

Только на третьи сутки, точно в срок с оглушительной громкостью появился UV0AB. Он слышит меня тоже отлично. После длительного перерыва связи вдвойне было приятно встретиться с Сашей. Передал ему всю накопившуюся информацию и ориентировочное время прибытия в Хатангу. Саша сообщил, что эти два дня во всей Арктике было непрохождение. Нас, как всегда, пытались принимать все радиостанции, работавшие по расписанию. Но сигналы не проходили.

После каждого сеанса связи всегда возникало чувство восхищения и благодарности к операторам, с которыми я работал. Они были не только предельно внимательны, но и очень оперативны и всегда старались помочь и мне, и друг другу в установлении связи с нами. Как-то сразу любительские спортивные интересы переросли у них в чувство товарищеской ответственности. Недаром они работают в Арктике, на таких можно положиться!

(Окончание в следующем номере).

Вернуться к содержанию журнала "Радио" 10 номер 1971 год







Рекомендуемый контент




Copyright © 2010-2017 housea.ru. Контакты: info@housea.ru При использовании материалов веб-сайта Домашнее Радио, гиперссылка на источник обязательна.