Недолгая, но славная ERA

Будущее сначала существует в воображении,
затем в воле, затем становится реальностью.

Р. А. Уилсон

В пяти милях от Вашингтона, на Небраска-авеню, 3801, находится приземистое здание из красного кирпича, выстроенное в форме замкнутого четырехугольника. С 1917 г. в нем располагалась Mount Vernon Seminary — женская частная школа и дормиторий для учениц, а с февраля 1943-го по сентябрь 1950-го — особо секретное учреждение, занимавшееся радиоперехватом и дешифровкой переговоров, которые вели высшие чины японского флота. Оно подчинялось командованию ВМФ США и называлось “Дополнительная коммуникационная деятельность — Вашингтон” (Communications Supplementary Activity — Washington, CSAW 1). В бесчисленных комнатах бывшей школы, напоминавшей внутренней архитектурой средневековый замок, трудилось от 1100 (в 1943 г.) до 5000 (в 1950-м) сотрудников.

Во время войны CSAW руководил профессиональный военный, капитан 1-го ранга Джозеф Н. Венгер (Joseph N. Wenger), в его заместителях ходили капитан 2-го ранга, бывший профессор математики Йельского университета Говард Т. Энгстром (Howard Т. Engstrom, 1902--1962) и капитан-лейтенант, инженер-электрик Уильям К. Норрис (William С. Norris, 1911--2006), в предвоенные годы работавший в отделе сбыта крупнейшей электротехнической компании Westinghouse Electric Corp. Первый отвечал за криптологическую и аналитическую деятельность, второй возглавлял группу инженеров, которые поддерживали в работоспособном состоянии различные машины, упрощавшие процесс дешифровки. Их поставляла в основном лаборатория военно-морских вычислительных машин (Naval Computing Machine Laboratory, NCML), организованная в 1942 г. в компании National Cash Register (Дейтон, шт. Огайо).

Уильям Норис

В 1986 г. в одном из своих интервью Норрис вспоминал: “Однажды (в феврале 1945 г. — Ю. П .) Говард Энгстром заметил, что пора бы нам поразмышлять над тем, что мы будем делать после окончания войны. Он сказал: “Поскольку я не хочу возвращаться в Йель, я должен подумать о чем-нибудь другом”, на что я ответил: “Мне работа в Вестингаузе нравилась, но это не означает, что я стремлюсь непременно вернуться туда”. С этого времени мы начали обсуждать альтернативные варианты. Нам было совершенно ясно, что в CSAW сосредоточено в высшей степени уникальное собрание талантов и что моряки будут озабочены тем, как бы эти таланты не рассеялись по стране. Конечно, можно было бы организовать из этих людей государственную лабораторию, но такое решение вряд ли кому-либо из них понравилось бы. Другое дело — основать частную компанию и работать с военными на контрактной основе (собеседники предполагали, что компания будет разрабатывать электронное дешифровочное оборудование. — Ю. П.). Эта идея оказалась привлекательной и для Говарда, и для меня, и мы начали действовать”.

Партнеры обсудили свой замысел с группой сотрудников CSAW, которых они хотели пригласить в будущую компанию, а также заручились поддержкой Венгера, являвшегося, по словам Норриса, “широко мыслящей личностью”, и ряда высших чинов ВМФ, включая военно-морского министра -- печально известного Джеймса Форрестола. Но если переговоры с военными завершились более чем успешно, то найти инвесторов, которые ссудили бы компанию начальным капиталом, оказалось сложным делом. По причине секретности основатели компании не могли раскрыть им свои планы, а в условиях отсутствия достаточной информации никто из банкиров не хотел тратить свои деньги вслепую.

Выход из почти тупиковой ситуации помог найти капитан-лейтенант Ральф И. Мидер (Ralph I. Meader), бывший руководитель NCML, подлежавшей по окончании войны расформированию. Он пожелал стать третьим учредителем и в качестве “вступительного взноса” свел Энгстрома и Норриса со своим знакомым — Джоном Э. Паркером (John E. Parker, 1900--1989), вашингтонским банкиром и владельцем Northwest Aeronautical Corp. (NAC) в Сент-Поле, шт. Миннесота. Корпорация производила планеры для армии и после войны оказалась в бедственном положении; нужно было искать новый бизнес, и мало смысливший в технике Паркер решил рискнуть: возглавляемая им группа инвесторов выделила необходимые средства, и 8 января 1946 г. была основана компания “Партнерство в инженерных исследованиях” (Engineering Research Associates, Inc., ERA) с учредительным капиталом в 20 тыс. и кредитной линией в 200 тыс. долл. Компания была зарегистрирована в шт. Миннесота, но офис имела в Арлингтоне, шт. Виргиния. Президентом ERA стал Паркер -- его группе принадлежало 50% акций; остальными акциями (до дополнительной эмиссии) владели вице-президенты Энгстром, Норрис и Мидер. Обязанности между ними были распределены так: первый руководил исследованиями, второй — инженерными разработками, третий решал производственные проблемы (в конце 1949 г. Мидер ушел из компании, не сработавшись с Паркером и Норрисом). Кроме того, в ERA были исследовательский и конструкторский отделы, во главе которых стояли ветераны CSAW — Чарльз Б. Томпкинс (Charles B. Tompkins) и Джон Э. Говард (John E. Howard) соответственно.

Паркер предоставил новоявленной компании пустующие помещения завода NAC, построенного в 1920 г. для “литейки” Американской компании радиаторов (American Radiator Co.). Летом 1946 г. в них вселилось около сорока сотрудников CSAW и несколько специалистов NCML. Но среди них было мало опытных инженеров, и поэтому в городской газете появилось объявление: “Новая компания приглашает на работу инженеров-механиков и специалистов по электронике”. Благодаря этому объявлению в ERA пришли специалисты, составившие впоследствии ее мозговой центр: Джон Линдсей Хилл (John Lindsay Hill, р. 1909) Франк Чарльз Маллени (Frank Charles Mullaney, р. 1923), Арнольд А. Коэн (Arnold А. Cohen, р.1914), Сидни Майкл Рабенс (Sidney Michel Rubens, р. 1910), Эрвин Томаш (Ervin Tomash, р.1921), Джон Кумбс (John Coombs)2 и др.

В июне 1946 г. ERA получила два исследовательских контракта от управления военно-морских исследований (Office of Naval Research, ONR)3 . Эти и последующие контракты именовались “Задачами” (Task), и каждой из них присваивался номер. Например, “Задача № 1” состояла в исследовании принципов построения памяти достаточно большой емкости для хранения цифровой информации. Под руководством Ч. Томпкинса и Д. Кумбса инженеры компании провели ряд опытов с твердотельной (вероятно, магнитострикционной) линией задержки, с фотопленкой (для записи информации) и сканером (для ее считывания). По разным причинам эти варианты были отвергнуты, после чего Д. Говард предложил воспользоваться магнитной средой для записи и считывания данных, представленных в двоичной форме. Априори было неясно, как построить такую память: то ли осуществлять запись/считывание на носителе в виде диска или барабана, выполненных из высококоэрцитивного материала, то ли использовать носители, заимствованные из проволочных (распространенных в США) или ленточных (популярных в Европе) магнитофонов. Ответ на эти вопросы в июне 1947 г. нашли Ф. Маллени и С. Рабенс, которые с помощью нескольких техников построили макет первого в мире накопителя на магнитном барабане (НМБ). Они взял четвертьдюймовую магнитную ленту из трофейного немецкого магнитофона и с помощью скотча прикрепили ее к поверхности алюминиевого барабана диаметром пять дюймов. Барабан поместили на вал шлифовальной машинки, и на расстоянии 0,001 дюйма от его поверхности неподвижно установили головки, заимствованные из того же магнитофона: одну для считывания, другую — для записи (электронный блок для НМБ изготовили самостоятельно). Частота вращения барабана составляла примерно 3000 об./с; при этом удалось получить плотность записи 230 бит/дюйм.

О НМБ компьютерный мир узнал из доклада Д. Кумбса на Национальной конференции по электронике, состоявшейся в Чикаго в ноябре 1947 г. В следующие два года ERA разработала для своих нужд (и на продажу) ряд накопителей со средним временем выборки от 8 до 64 мс и емкостью до 65К тридцатишестиразрядных двоичных чисел (их 22-дорожечные барабаны имели в диаметре от 4,3 до 34 дюймов). В них использовались модифицированные головки от магнитофонов американской компании Brush Co., а вместо ленты — эмульсия окиси железа, распыляемая на поверхности барабана. В 1948 г. ERA получила патент на НМБ и впоследствии продала лицензию на него ряду компаний (в частности, IBM).

В том же 1947 г. компания создала дешифровочную машину, известную под кодовым названием Goldberg (руководителем проекта был Д. Кумбс). Она использовала два модифицированных НМБ диаметром 31 дюйм и имеющих третью головку для стирания записей. Забегая вперед, скажу, что за ней последовал ряд разработок аналогичного назначения: в частности, в октябре 1948 г. была изготовлена машина Demon, содержавшая 8000 (!) ламп и предназначенная для взлома кодов, применявшихся в Советском Союзе. Исходные шифрограммы перфорировались на бумажной ленте и записывались на НМБ, после чего велся поиск совпадения с заданным шаблоном. Правда, уже в феврале следующего года СССР сменил систему шифрования и машина оказалась бесполезной.

Фрагмент магнитного барабана ЭВМ ERA 1101

Об условиях, в которых работала в ERA в первые годы своего существования, один из ее сотрудников, Джордж Чампайн (George Champine), вспоминал так: “На некоторых окнах первого этажа не было защитных экранов, так что воробьи и ласточки свободно проникали в помещение и летали под потолком. Периодически нам приходилось бросать работу и выгонять птиц из здания. Зимой температура в помещении опускалась так низко, что программисты работали за своими столами в пальто и перчатках. Летняя же жара вынуждала всех работать без рубашек, а чертежники были озабочены тем, чтобы капли пота, падавшие на ватман, не испортили их работу”.

Тем не менее ERA набирала обороты: финансовый год, который у компании заканчивался 31 октября, она уже в 1947 г. завершила с доходом в 1,5 млн. долл. и чистой прибылью в 35 тыс. долл. К этому времени в ней работало 420 сотрудником (годом ранее их численность составляла 145 человек). Вообще этот год стал решающим для будущего компании, так как в августе она получила контракт на проектирование универсальной ЭВМ (“Задача № 13”). Руководителями проекта были назначены Д. Хилл и Ф. Маллени, ответственным за логическую структуру машины — А. Коэн. В процессе разработки технической документации ERA построила ONR Relay Computer — 6-разрядную релейную машину с НМБ, служившую для опробования логики будущей ЭВМ (в дальнейшем она успешно использовалась и в вашингтонском офисе ONR под кодовым названием Abel). В марте 1948 г. проект был одобрен ONR; будущую машину назвали Atlas (по имени сверхинтеллектуального героя популярных тогда комиксов, автором которых был художник Крокет Джонсон). Ее разработка и изготовление завершились в октябре 1950 г., и, таким образом, машина стала третьей в США действующей ЭВМ с хранимой программой: ранее были введены в действие лишь SEAC и SWAC (май и июль 1950 г. соответственно), о которых речь пойдет в следующей статье.

Atlas была одноадресной машиной синхронного действия (тактовая частота — 0,4 МГц) с параллельным выполнением арифметических операций над числами с фиксированной запятой, представленными в двоично-кодированной восьмеричной системе счисления. Её НМБ содержал барабан диаметром 8,5 дюйма, вращавшийся с частотой 3500 об/м, имевший 200 (!) головок считывания/записи и хранивший 16К двадцатичетырехразрядных двоичных чисел. Каждая из 43 команд включала код операции (6 разрядов), величину “прыжка” (skip), указывающее число ячеек памяти, которые нужно пропустить (“перепрыгнуть”), чтобы извлечь из нужной ячейки очередную команду в программной последовательности (4 разряда) и адрес операнда (14 разрядов). Интересно, что базовой арифметической операцией была операция вычитания, выполняемая в 48-разрядном регистре-аккумуляторе (в память направлялось только 24 разряда полученного результата); сложение же выполнялось как вычитание второго операнда, представленного в дополнительном коде (при этом уменьшалась вероятность получения “отрицательного нуля”). Для повышения надежности работы использовался автоматический допусковый контроль параметров ламп. Времена сложения и умножения чисел составляли 96 и 350 мкс соответственно (включая время извлечения операнда из памяти). Машина содержала 2695 ламп и 2385 германиевых диодов, потребляла 15 кВт энергии, занимала площадь 52 кв. м и весила 6,2 т.

В декабре 1950 г. Atlas была поставлена в вашингтонский офис CSAW (второй экземпляр машины передали Агентству национальной безопасности в марте 1953 г.). Она зарекомендовала себя как высоконадежная ЭВМ: работала круглые сутки семь дней в неделю (не считая 10% машинного времени, которые ежедневно тратились на профилактику). В том же году в издательстве McGraw Hill Book Company вышла книга “Быстродействующие вычислительные устройства” (High Speed Computing Devices), написанная сотрудниками ERA, — первая в мире книга, в которой был обобщен опыт разработки ЭВМ в США и других странах.

ЭВМ была, естественно, засекречена, но руководство ERA в декабре 1951 г. добилось у военных разрешения выпустить в продажу ее модифицированный вариант под торговой маркой ERA 1101 (тринадцать в двоичной системе!). Однако на машину не поступило ни одного заказа, так как она не работала с перфокартами, к ней не прилагалась инструкция по эксплуатации и руководство по программированию. Кроме того, не было предпринято никаких маркетинговых усилий по ее продвижению на рынке. В 1953--1954 гг. компания изготовила ERA 1101 для своего офиса, намереваясь продавать машинное время всем желающим. Однако этот замысел не был реализован (опять-таки из-за отсутствия ПО), и в ноябре 1954 г. машина была передана Техническому институту шт. Джорджия, где она находилась в эксплуатации до 1961 г.

В работе по модификации Atlas принимал участие Сеймур Роджер Крей (Seymour Roger Cray, 1925--1996), один из величайших компьютерщиков XX в., с которым мы еще встретимся в дальнейших статьях цикла. Крей — выпускник университета шт. Миннесота в Миннеаполисе с дипломами бакалавра по электротехнике и магистра по математике — вспоминал: “До окончания учебы (1951 г. — Ю. П.) я не знал, что существует целый мир цифровых вычислительных средств. Наверное, каждому забавно припомнить тот момент в его жизни, когда после получения диплома стоишь на углу своей улицы и спрашиваешь себя: “Что же дальше?”. Мне повезло, потому что в университете был преподаватель, который опекал меня… и когда я задал ему этот вопрос, он ответил: “На вашем месте я спустился бы вниз по улице, туда, где находится Engineering Research Associates; мне кажется, вам должно понравиться то, что они делают”.

Еще до завершения работ над Atlas'ом ERA получила контракт на выполнение “Задачи № 29”, суть которой заключалась в разработке и изготовлении более мощной универсальной ЭВМ Atlas II. Это была двухадресная машина с параллельным характером выполнения арифметических операций, имевшая кроме НМБ емкостью 16К тридцатишестиразрядных слов и временем выборки 17 мс, внутреннюю память на 36 трубках Уильямса (общей емкостью 1К). Кроме того, разработчики предусмотрели возможность подключения к ЭВМ до четырех накопителей на магнитной ленте (НМЛ) и перфокарточных устройств ввода-вывода. ЭВМ выполняла операции над числами с фиксированной запятой и имела набор из 45 команд.

Atlas II была поставлена в NSA в октябре 1953 г., но к этому времени ERA уже потеряла свою самостоятельность. Причин тому было несколько. К началу 50-х подготовка к корейской войне и некоторые другие обстоятельства заставили Пентагон пересмотреть финансирование подвластных ему организаций, в том числе ONR. Это незамедлительно сказалось на благосостоянии ERA. Если в 1948 г. прибыль компании удвоилась по сравнению с предыдущим финансовым годом, средний размер заработной платы сотрудников увеличился на 90%, а их численность возросла до 652 человек, то в 1950 г. все эти показатели значительно ухудшились (так, численность упала до 528 человек, а размер заработной платы вернулся к уровню 1947 г.).

Кроме того, разразился скандал, вызванный появлением статьи известного и хорошо информированного колумниста Дрю Пирсона (Drew Pearson), в которой говорилось о том, что слишком тесные и неформальные взаимоотношения компании и ВМФ позволяют на бюджетные средства развивать частный бизнес, что контракты предоставлялись ERA на бесконкурсной основе и т. д. Вопрос стал предметом разбирательства в специальной комиссии Конгресса, которая усмотрела явный конфликт интересов: в результате аудиторы на некоторое время даже арестовали счета компании. В сложившейся ситуации чиновники Пентагона и руководство ONR категорически отказывались обсуждать условия возможных контрактов, и перспектива государственного финансирования стала более чем призрачной. Компании необходим был выход со своими разработками на “мирный” рынок, но там вовсе ее не ждали — новую и малоизвестную. Требовался мощный и авторитетный “паровоз”, и такой “паровоз” — корпорация Remington Rand (RemRand) — нашелся.

В предыдущей статье (см. Две машины, две компании, две судьбы) я писал о долгосрочной деловой стратегии ее главы Джеймса Рэнда, и сейчас, не повторяясь, скажу лишь, что с покупкой ERA “замыкался треугольник” — теперь RemRand становилась производителем не только счетно-перфорационных машин и деловых ЭВМ, но и ЭВМ для научных и инженерных расчетов. Переговоры о покупке/продаже велись в обстановке секретности: Рэнд не мог рассказать даже ближайшим своим сотрудникам обо всех разработках ERA ввиду их закрытости, а Паркер справедливо опасался негативной реакции других основателей компании (Норрис, например, неоднократно повторял, что небольшие компании способны выполнять разработки быстрее и эффективней, чем промышленные гиганты).

Наконец, 6 декабря 1951 г. Паркер объявил акционерам ERA, что принял единоличное решение о продаже компании за 1,7 млн. долл. и что при этом цена ее одной акции возрастет с 0,1 до 8,0 долл. Норрис и другие основатели были возмущены тем, что Паркер не принял во внимание их мнение, но остальные в одночасье разбогатевшие сотрудники, которым принадлежали акции, отнеслись к сделке положительно.

Существование двух коллективов разработчиков ЭВМ (напомню, что вторым коллективом было UNIVAC-отделение в Филадельфии — бывшая корпорация Eckert-Mauchly Computers, купленная RemRand в начале февраля 1950 г.), совершенно различных и по назначению, и по технической реализации, должно было привести к взаимному обогащению идеями и заимствованию у коллег более прогрессивного оборудования для своих машин. До некоторой степени так и произошло: например, НМЛ Uniservo, разработанный бывшей EMCC, использовался в сент-польских машинах, а НМБ от ERA — в филадельфийских ЭВМ. Однако установить тесное сотрудничество и координацию действий двух отделений одной компании так и не удалось (Норрис вспоминал: “Я редко встречался с Пресом Эккертом. Он считал, что разработки ERA не соответствуют современному уровню ВТ, и говорил, что поэтому ему не хочется тратить на нас свое время”). Курировать работу ERA-отделения взялся сам глава корпорации, который был опытным бизнесменом, но мало что понимал в ВТ (интересно, что он так и не удосужился посетить Сент-Пол). К тому же до высокого начальства не всегда можно было достучаться, и ERA в течение нескольких лет сохраняла определенную автономность. Лишь в 1955 г., после того как RemRand объединилась с корпорацией Sperry Gyroscope, создав Sperry Rand Corp., ERA-отделение влилось в UNIVAC-отделение и образовало единую команду Sperry-UNIVAC, руководство которой было возложено на одного вице-президента корпорации — Уильяма Норриса (!).

Но вернемся к ЭВМ, созданным в ERA. В октябре 1952 г. компания подписала новый контракт, но на этот раз не со своей “кормилицей” (ONR), а с Арнольдовским центром инженерных разработок (Arnold Engineering Development Center) в Туллахоме, шт. Теннесси, принадлежавшим ВВС США. Специалисты центра нуждались в ЭВМ, чтобы обрабатывать результаты испытаний моделей самолетов в аэродинамических трубах. Поэтому новая машина, названная ERA 1102 и являвшаяся модификацией 1101-й, была снабжена пятью автоматическими пишущими машинками, пятью устройствами считывания исходных данных с бумажных перфолент и четырьмя графопостроителями. Три экземпляра этой ЭВМ общей стоимостью 1,4 млн. долл. были поставлены заказчику между июлем 1954 и мартом 1956 гг.

Ранее (летом 1952 г.) ERA получила у военных разрешение рассекретить Atlas II и начать ее продажу под торговой маркой ERA 1103, исключив из командного набора несколько специфических команд. Но теперь надо было заручиться ещё и согласием руководителей RemRand. В ноябре того же года Уильям Норрис и несколько менеджеров ERA отправились в штаб-квартиру корпорации, расположенную в пригороде Норвока, шт. Коннектикут. Представляя машину, Норрис упирал на то, что она может успешно конкурировать с ЭВМ IBM 701, начало продаж которой ожидалось в апреле 1953 г. Этот расчет оказался верным: ведь RemRand в течение многих лет безрезультатно боролась с корпорацией IBM за первенство на рынке счетно-перфорационных комплексов, и Джеймс Рэнд увидел в предложении Норриса возможность обойти соперника в другой сфере деятельности. Он дал согласие на изготовление двух машин 1103 и еще для двух -- на приобретение комплектующих. Анонсированная в феврале 1953 г. первая ERA 1103 была куплена Пентагоном, установлена на военно-воздушной базе во Флориде для использования в программе создания баллистических ракет. В том же году на весенней Объединенной конференции по вычислительной технике (Spring Joint Computer Conference) в Лос-Анджелесе с большим интересом был принят доклад о машине, сделанный Э. Томашем. ERA 1103 стала хитом года, и первые четыре машины были раскуплены в течение нескольких месяцев (а всего было изготовлено около 20 экз.). Покупателями стали Национальный консультационный совет по аэронавтике (National Advisory Committee for Aeronautics, NACA) — предшественник NASA, аэрокосмические компании, такие как Boeing и Lockheed, оборонные организации, университеты. Успеху ЭВМ содействовало ее ПО -- ассемблер RECO и подпрограмма выполнения операций над числами с плавающей запятой RAWOOP, разработанная по заданию RemRand корпорацией Ramo-Wooldridge.

ЭВМ ERA 1103

В машину, поставленную в ноябре 1954 г. в NACA (точнее, в одну из ее лабораторий, расположенную в Кливленде, шт. Огайо), были внесены важные усовершенствования: во-первых, память на трубках Уильямса заменена памятью той же емкости на ферритовых сердечниках — это было первое в мире использование МОЗУ (магнитного оперативного запоминающего устройства) в коммерческих машинах (память на ферритовых сердечниках впервые была использована в оборонной ЭВМ Whirlwind в 1953 г.); во-вторых, введена команда прерывания программы. Дело в том, что эта ЭВМ предназначалась для управления экспериментами в аэродинамической трубе: она получала по каналам связи экспериментальные данные от датчиков, установленных на трубе, производила необходимые вычисления и вырабатывала определенные управляющие воздействия, изменявшие условия и ход эксперимента. Далее машина останавливалась, ожидая нового потока данных. Чтобы устранить такие простои и эффективно использовать дорогостоящее машинное время, и была введена команда прерывания, которая приостанавливала работу текущей программы, включала каналы приема экспериментальных данных и запускала программу их обработки. После окончания ее работы машина автоматически возвращалась к выполнению приостановленной программы. ERA 1103 была, по-видимому, одной из первых в мире ЭВМ, в которой появилась команда прерывания (такая же команда использовалась в ЭВМ DYSEAC, введенной в действие в апреле 1954 г.).

Коммерческий успех машины (не говоря уже об успехе UNIVAC'а) заставил руководство корпорации реорганизовать службу маркетинга и сбыта. Паркер переехал в Нью-Йорк, став вице-президентом RemRand по сбыту машин в восточной части страны, Томаш занялся той же проблемой на западном побережье США. Учитывая популярность UNIVAC'ов, название машин от ERA переиначили: теперь ERA 1101 стала UNIVAC 1101, а ERA 1103 — UNIVAC 1103.

Модификации последней машины — UNIVAC 1103А (или Univac Scientific) и UNIVAC 1103АF — стали наиболее значительными достижениями ERA-отделения. Машина содержала свыше 4000 ламп, емкость МОЗУ составляла 4К (причем была предусмотрена возможность ее увеличения до 12К); к машине подключалось до десяти НМЛ модели Uniservo, устройства считывания с перфокарт и с перфоленты; в набор из 41 команды была включена команда прерывания и т. д. Для размещения машины требовалась площадь около 280 кв. м.). Первый экземпляр UNIVAC 1103А был установлен в сентябре 1956 г. в Lockheed Aircraft, второй (в ноябре того же года) купила корпорация Boeing. В середине 50-х годов Univac Scientific была одной из двух больших научных ЭВМ на компьютерном рынке (второй была IBM 704).

Отличительная черта UNIVAC 1103АF, появившейся в 1958 г., заключалась в аппаратурном выполнении арифметических операций над числами с плавающей запятой (одна из первых в мире машин, обладающая такими возможностями). Последующие ЭВМ компании (UNIVAC 1104 и 1005) значительного успеха не имели.

Стоит упомянуть и о других разработках ERA-отделения: системе инвентаризации, выполненной на базе UNIVAC 1103 и внедренной на складах чикагской компании John Plain Co.; ЭВМ Logistic Computer, созданной в 1953 г. по заданию ONR; одной из первых систем резервирования, продажи и учета билетов на самолетные рейсы, которая предполагала подключение к центральной ЭВМ по линиям связи примерно ста телетайпных терминалов; наконец, высоконадежную ЭВМ BOGART4 , разработанную для NSA и построенную исключительно на магнитных и диодных схемах (это далеко не полный перечень).

Но разовые контракты лишь незначительно увеличили объем “кошелька” ERA-отделения и корпорации в целом. Если в первой половине 50-х RemRand благодаря покупке ЕМСС и ERA была лидером зарождавшейся компьютерной индустрии рынка, то позднее IBM'овские ЭВМ 700-й серии начали неуклонно выжимать корпорацию с рынка. Слияние со Sperry Gyroscope не изменило ситуацию кардинальным образом, и поэтому в 1957 г. Норрис, придя к выводу, что у руководства Sperry Rand, нет ни четкой инвестиционной политики, ни плана борьбы с экспансией IBM, оставил свою престижную должность и вместе с двенадцатью своими коллегами (Сеймуром Креем, Франком Маллени и другими) основал в июле того же года в Миннеаполисе корпорацию Control Data, которой вскоре суждено было стать одной из выдающихся компьютерных компаний.

Остальные сотрудники ERA-отделения, не пожелавшие покинуть корпорацию, добились определенной автономии, отделившись от Sperry-UNIVAC и образовав в Сент-Поле исследовательское отделение во главе с Арнольдом Коэном и Сидни Рабенсом. Отделение выполняло работы, связанные с созданием систем управления межконтинентальными баллистическими ракетами и первыми американскими спутниками, а потому в 1960 г. получило название военного отделения , которое позднее было переименовано в аэрокосмическое.

Наиболее активный период деятельности ERA (и как самостоятельной компании, и в составе Sperry Rand) продолжался немногим более 10 лет, но оставил заметный след в истории ВТ.

Примечание

1. Сотрудники CSAW называли его “seesaw” (качели), поскольку так произносится этот акроним. В ноябре 1952 г. функции этого учреждения и других аналогичных организаций перешли к Агентству национальной безопасности (National Security Agency, NSA).

2. К сожалению, мне не удалось найти информацию об этом замечательном инженере. Известно, что в конце 40-х годов он перешел в IBM, где след его теряется. Я буду признателен читателям, если они сообщат мне какие-либо сведения о нем.

3. ONR было образовано в 1946 г. решением Конгресса США с целью финансовой поддержки “исследований в области чистой и прикладной математики, статистики и разработки вычислительных машин”. Математическое отделение ONR, курирующее разработки ЭВМ, возглавила известный алгебраист Майна Спайгель Рис (Mina Spiegel Rees,1902--1997).

4. По неизвестной мне причине машина была названа в честь Джона Б. Богарта (John B. Bogart) — главного редактора нью-йоркской газеты Sun.

 

Из Цикла статей Ю. Полунова "Исторические машины".
Статья опубликована в PCWeek/RE № 03 2007 г.

Статья помещена в музей 29.03.2007 года






Рекомендуемый контент




Copyright © 2010-2017 housea.ru. Контакты: info@housea.ru При использовании материалов веб-сайта Домашнее Радио, гиперссылка на источник обязательна.