Изобретатель мыши, но не только

Если кому-то известно имя американского ученого Дага Энгельбарта (Douglas или Doug Engelbart), то, вероятнее всего, оно ассоциируется только с мышью — самым популярным манипулятором для управления курсором. Верно, именно он и придумал, и назвал устройство "мышью". Мышь принесла ему и славу, и награды, но, увы, только через тридцать лет после ее рождения. Патент на мышь, срок действия которого сейчас уже исчерпан, оказался крайне неудачно составленным: он распространялся не собственно на идею манипулятора, а всего лишь на механизм считывания координат с помощью двух ортогонально расположенных колес. Современные мыши имеют иные механизмы считывания, и поэтому компании, их выпускающие, свободны от каких-либо обязательств перед изобретателем. Как тут не вспомнить прагматичного американца Зингера, который запатентовал иглу с ушком в острие, чем обеспечил себе патентные вознаграждения независимо от устройства швейной машины. Довольно долго общественное мнение связывало появление мыши с лабораторией XeroxPARC или первыми же моделями компьютеров компании Apple. Это справедливо в том смысле, что в большую жизнь мышь вошла именно оттуда, однако придумана она была отнюдь не там. Публичное признание авторства за Энгельбартом состоялось только в 1998 г., когда ему была присуждена премия Lemelson-MIT Prize. Ее денежное выражение — 500 тыс. долл., и она учреждена для награждения за выдающиеся изобретения.

Идеи Дага Энгельбарта намного опередили время

Практически одновременно произошло еще одно знаменательное событие — присуждение Энгельбарту ассоциацией Association for Computing Machinery (ACM) премии имени Алана Тьюринга. Эту куда более скромную (всего 25 тыс. долл.) награду иногда, однако, называют Нобелевской премией в области вычислительной техники. Она явилась академическим признанием других фундаментальных работ ученого, ставших идейной основой для ряда ключевых технологий в современных вычислительных системах, интерактивных средствах и компьютерных сетях.

В размерах двух премий зримо выражается отношение общества к заслугам таких ученых и изобретателей, как Даг Энгельбарт. На порядок выше оказалась в материальном выражении оценка изобретения, явившегося лишь частным результатом общей работы, которая велась в конце шестидесятых годов в созданном этим ученым исследовательском центре в Stanford Research Institute (SRI) Стэнфордского университета.

История мышки

Рассказывая об Энгельбарте, приходится все же начать с мыши, причем не столько для восстановления исторической справедливости, сколько для того, чтобы стали понятнее обстоятельства, при которых манипулятор появился. Очевидно главное: это устройство стало не случайным изобретением, а было создано в результате серьезной и методичной работы. В интервью, данном журналу SuperKids, Энгельбарт подчеркнул, что мышь была всего лишь скромной частью более значительного проекта, нацеленного на создание средств, расширяющих возможности человеческого интеллекта (augmenting human intellect).

Стремясь создать, возможно, первую в мире интерактивную систему для работы с текстами и изображениями, Энгельбарт и другие сотрудники SRI пришли к выводу, что ни один из имевшихся к тому времени манипуляторов (световое перо, джойстик и др.) не соответствует их требованиям. Чтобы найти подходы к идеальному, был выполнен анализ возможностей манипуляторов разных типов (в том числе управляемых стопой или коленом) и построена таблица свойств, наподобие Периодической системы элементов. Уже на основе этой таблицы аналитически были выведены необходимые параметры еще не существовавшего к тому времени устройства. Оно и стало мышью.

Первый экземпляр такого манипулятора был изготовлен инженером Биллом Инглишем (Bill English), а программы для него написал Джефф Рулифсон (Jeff Rulifson). Частично работы по созданию мыши спонсировались Национальным космическим агентством (NASA). По его заказу были проведены сравнительные испытания различных устройств, и хотя мышь продемонстрировала абсолютное превосходство, но — такова ирония судьбы — в силу своей ведомственной специфики NASA потеряло к этому манипулятору интерес: ведь он не мог работать в невесомости.

Ванневар Буш и Даг Энгельбарт

Именно они стоят первыми в ряду специалистов в области информационной технологии, чья научная деятельность в английском языке может быть обозначена словом visionary. К сожалению, в русском языке нет такого удачного слова — можно сказать, что это и мыслитель, и провидец, однако ученый, а отнюдь не фантаст. Обычно эти мыслители не связаны непосредственно с производством, а играют роль академических впередсмотрящих. Влияние таких людей на прогресс огромно по своей значимости, но имеет косвенный или опосредованный характер.

Даг Энгельбарт стал последователем и преемником Ванневара Буша прежде всего потому, что двух ученых объединяло понимание компьютера как инструмента для расширения интеллектуальных возможностей человека; в этом особенность их позиции. На заре вычислительной техники существовало два полюса в понимании роли компьютера: на одном были "техники", которых занимали прагматические проблемы (решение инженерных и научных задач), на другом — "романтики", размышлявшие на темы, так или иначе связанные с разумностью машины, и искавшие ответа на вопрос: "Может ли машина думать?". И Буш, и тем более Энгельбарт занимали срединную позицию: они видели будущее в системах "человек — машина", где человеку, и только ему, отдана творческая инициатива, а роль компьютера заключается в том, чтобы быть ассистентом.

Были ли эти ученые знакомы лично — неизвестно, но мы знаем, что в конце сороковых годов Энгельбарт прочел знаменитую статью Буша "As We May Think", где тот изложил свое ви/дение будущего информационного помощника, выбрав в качестве иллюстрации гипотетическую машину Memex. Об этой машине и о Ванневаре Буше можно прочесть статью, опубликованную в PC Week/RE № 17/98.

Эта идея создания машины, способствующей человеку в его интеллектуальной деятельности, стала для Энгельбарта руководящей на все последующие годы. Через двадцать лет после опубликования статьи в своих практических работах он сумел реализовать целый ряд свойств, задуманных Бушем в Memex, но при этом пошел еще дальше. Энгельбарт не просто создал изолированную машину, ориентированную на индивидуального пользователя, — он увидел в сети компьютеров возможность для корпоративной работы коллектива.

Выбор собственного пути

Инженерная карьера Энгельбарта началась в 1948 г. после окончания Университета штата Орегон в лаборатории, которая со временем вошла в состав NASA. Там вплоть до 1955 г. он занимался радарными системами, и прежде всего системами отображения информации. Понятно, что в ту пору на экран радара изображение выводилось без цифровой обработки. И возможно, что именно Энгельбарту одному из первых в мире пришла в голову мысль об объединении компьютера с экраном для вывода тестовой информации и оцифрованных изображений. Сегодня это кажется тривиальным, но ведь до широкого распространения дисплеев оставалось еще не менее 10 лет.

Тогда же Энгельбарту впервые пришлось столкнуться с тем, что постоянно преследовало его многие годы: идеи ученого, на десятилетия опережавшие свое время, не могли быть поняты другими. Даг Энгельбарт с грустью вспоминает, как он бился, пытаясь объяснить свои взгляды на компьютер в самых разных инстанциях, но везде получал отказ. Он дошел до самого Дэвида Паккарда (David Packard) в компании Hewlett-Packard, но даже и тот не признал эти идеи полезными для своей фирмы.

Оставалось одно — найти средства для организации собственной лаборатории. И она была создана под названием Augmentation Research Centre (ARC) в исследовательском институте Stanford Research Institute (SRI) Стэнфордского университета.

Глобальной темой лаборатории стали технические средства для кооперативной деятельности CSCW (Computer Supported Co-operative Work); теперь мы называем это программным обеспечением для корпоративной деятельности (groupware). В опубликованной тогда статье "Работаем вместе" ("Working Together") Энгельбарт так сформулировал свою задачу: "создать условия для асинхронной работы групп людей, распределенных географически".

Самая первая "мышь"

Вдумайтесь: конец пятидесятых — начало шестидесятых, СССР еще не отстает от США в вычислительной технике. Ну кому тогда в голову могла прийти такая дерзкая идея? Но еще более поражает лозунг, под которым Энгельбартом велась работа: "Augmentation not automation". Попытаемся в нем разобраться. Слову "augmentation" соответствует по-русски "увеличение", "прирост". Тем самым Энгельбарт подчеркивал, что он не идет по принятому в ту пору в академическом сообществе пути автоматизации (искусственный интеллект, автоматизация перевода и другие попытки замещения человека компьютером; всерьез говорили про компьютеры, сочиняющие музыку и стихи). Время показало, что это направление при своей привлекательности для огромного большинства академически ориентированных ученых — дорога если не в тупик, то уж точно на боковой путь.

Энгельбарт смотрел на жизнь совершенно иначе: он не пытался заменить человека компьютером, уже тогда прекрасно понимая значение разделения функций между машиной и человеком. Свои взгляды он воплотил в созданной им системе NLS (On-Line System).

В число основных функций NLS вошли:

  • редактирование текстов в онлайновом режиме;
  • гипертекстовые ссылки;
  • телеконференция;
  • электронная почта;
  • конфигурирование рабочего места в соответствии с потребностями пользователя.

Эти функции невозможно было реализовать теми средствами, которые имелись в распоряжении ученых. Поэтому Энгельбарту пришлось создать целый ряд других программных и аппаратных средств, которые сегодня стали классикой:

  • мышь для указания позиции на экране;
  • многооконную систему вывода информации на экран;
  • онлайновую систему подсказок (help) с контекстной привязкой;
  • мультимедиа;
  • архитектуру клиент-сервер;
  • универсальный пользовательский интерфейс.

NLS строилась на принципе ETLANTU (Easy To Learn And Natural To Use), т. е. "легко изучить и просто использовать". Но, конечно, главное в системе — идея создания интегрированной интерактивной визуальной среды, адаптированной к нуждам пользователя. В ту пору доступ к компьютеру имели только программисты, но даже и они тогда работали "через окошко", сдавая перфокарты и перфоленты и получая обратно многометровые распечатки результатов и листинги программ.

Публике NLS была впервые представлена в 1968 г. на Осенней объединенной компьютерной конференции (Fall Joint Computer Conference). Именно там состоялся дебют основных составляющих системы, включая мышь. Отметим, что все это происходило в режиме телеконференции между залом и лабораторией в SRI.

"Сибирская ссылка"

В последующие годы жизнь Энгельбарта складывалась неудачно. Что-то не ладилось в работе коллектива его лаборатории, и значительная часть сотрудников ушла в бурно развивавшийся XeroxPARC, в пожаре сгорел дом, где жила семья, наконец, сам он тяжело заболел, и врачи скептически относились к возможности выздоровления. Немало для одного человека, но он выстоял. В конце концов Энгельбарт вынужден был искать работу в частных фирмах, поскольку ему не удалось получить финансирование как независимому исследователю. Он неохотно рассказывает об этом периоде жизни, а в одном телевизионном интервью назвал его "ссылкой в Сибирь".

Однако он продолжал общаться со своими последователями. Некоторые беседы его зафиксированы и представляют живой интерес. После появления Apple II между Энгельбартом и Стивом Джобсом состоялся острый разговор, где поводом для разногласия стало отношение к сети. Джобс утверждал, что вся вычислительная мощность должна быть сосредоточена на рабочем столе. Энгельбарт тогда доказывал преимущество того, что мы сейчас называем сетевым подходом. Известно, чья точка зрения победила тогда, и понятно, почему Стив Джобс был прав. Но понятно и другое: без сети персональный компьютер нельзя сегодня признать полноценным, — так что и Даг Энгельбарт оказался прав. В общем, как в одной восточной притче — "и ты, женщина, тоже права".

Запоздалое признание

В конце 80-х годов жизнь Энгельбарта стала изменяться к лучшему: его заслуги, хотя и с опозданием, стали находить общественное признание. До получения самых значительных премий, о которых говорилось выше, Даг Энгельбарт был удостоен еще целого ряда наград и званий:

  • 1987 г. — премия журнала PC Magazine "За достижения на жизненном пути" (Lifetime Achievement Award);
  • 1990 г. — премия ACM Software System;
  • 1991 г. — премия Конгресса американской промышленности за изобретательство;
  • 1992 г. — премия за пионерские работы от Electronic Frontier Foundation;
  • 1993 г. — премия за пионерские работы от IEEE Computer Pioneer Award;
  • 1994 г. — премии от компании Price Waterhouse и журнала Computerworld "За достижения на жизненном пути";
  • 1994 г. — звание Почетного доктора Университета штата Орегон;
  • 1994 г. — принятие в члены Американской академии наук и искусств.

Поражает не только обилие официальных наград, но и то, что Энгельбарта в качестве своего идейного вдохновителя признают очень многие, и одним из первых это сделал Тед Нельсон, отец современного гипертекста.

Скотту Макнили, одному из руководителей SUN Microsystems, принадлежат следующие слова: "Даг стал пионером в сетевых технологиях в те времена, когда этим еще никто не занимался". Может быть, именно здесь кроется разгадка происхождения таинственной мантры компании SUN, ставшей ее девизом еще в далеком 1982 г.: "The Network is the Computer" ("Сеть — это компьютер"). Сейчас, когда роль сетевых технологий стала понятна всем, этот девиз почти потерял свою загадочность, а семнадцать лет назад все было далеко не так очевидно, и он казался какой-то мистикой.

Известно, что история компании SUN уходит корнями именно в Стэнфордский университет (SUN — аббревиатура от Stanford University Network), и там же с конца пятидесятых Энгельбарт в течение 20 лет работал в SRI, — так что преемственность не вызывает сомнения.

Сейчас Энгельбарту уже далеко за семьдесят, но он сохраняет преданность своему делу, создал и возглавляет небольшой исследовательский институт, названный им Bootstrap. Если кто-то не знает, то буквально это слово означает "вытягивание за собственные шнурки", а в приложении к операционным системам оно определяет метод поэтапной загрузки, движение от меньшего к большему. В данном случае предполагается, что этот институт может быть местом, где собираются представители всех специальностей, связанных с информационными технологиями.

Жизненный путь Дага Энгельбарта подтверждает известную истину: удача и признание редко сопутствуют первооткрывателям. В истории науки и техники есть завидные исключения, но чаще "сеют" одни, а "пожинают плоды" совсем другие, и примеров тому можно привести множество. Энгельбарт был однажды назван человеком, сделавшим больше всех для появления персонального компьютера, но заработавшим на этом меньше всех. Что ж — цинично, но точно.






Рекомендуемый контент




Copyright © 2010-2017 housea.ru. Контакты: info@housea.ru При использовании материалов веб-сайта Домашнее Радио, гиперссылка на источник обязательна.