Центральный музей связи им. А. С. Попова

Недавно крупнейший в России московский Политехнический музей торжественно отпраздновал свое 125-летие. Знаменитая Большая аудитория была полна гостей. Директор музея почтеннейший Г. Г. Григорян принимал на сцене поздравления, адреса, цветы и улыбки. Со стороны казалось, что юбилей вовсе не у музея, а у самого Гургена Григорьевича – все так мило его обнимали и целовали. (Впрочем, посмотреть бы на человека, вознамерившегося обнять и поцеловать музей!) Но поздравления Гурген Григорьевич получал по праву – при нем дела в Политехническом пошли заметно веселее. И это в наше время, когда жизнь музеев и многих других очагов культуры всецело зависит от тощего бюджетного кошелька новой России.

К юбилейной дате в музее развернута специальная экспозиция – детище отдела С. Г. Морозовой. Из фондов извлечены старинные обиходные вещи зари техногенной эры человечества: велосипеды, кинофотоаппараты, швейные машины. А еще утюги, весы с гирями, аршины, дверные ручки, замки, изумительной красоты изделия художественного литья, уникальная коллекция стереоскопов. Макеты кинематических механизмов академика П. Л. Чебышева, внесшего огромный вклад в теорию машин и механизмов (чувствую, как студенты и выпускники-бауманцы вздрогнули при упоминании этой дисциплины). Даже гарпунная китобойная пушка нашлась в фондах. Из современных экспонатов выставлены только первая ядерная бомба и лунный скафандр космонавта, не побывавшего на Луне.

Интересно, что Политехнический музей в Москве имеет в Санкт-Петербурге родственника – Центральный музей связи имени А. С. Попова. У них общие корни, общая "альма-матер". История такова. В 1863 г. группа русских ученых образовала Императорское общество любителей естествознания, антропологии и этнографии (ИОЛАиЭ), которое искало пути создания музея прикладных знаний. Решение задачи просвещения народа, разумно полагали они, поможет развитию техники и производства в России, в которой с отменой крепостного права складывались новые производственные отношения, зарождался русский капитализм. Московская Дума и правительство России поддержало идею создания музея, российские промышленники выразили свое желание содействовать его устройству. Было решено организовать в Москве Политехническую выставку предметов прикладного естествознания, которые впоследствии должны были стать экспонатами музея.

Открытие выставки было приурочено к 200-летию Петра I. Во главе оргкомитета выставки стояли П. П. Петров и В. М. Голицын. Именно последнему принадлежат слова, что "настанет для России эпоха, когда основные силы ее будут направлены на утоление жажды знаний у народа".

Выставка, открывшаяся 30 мая 1872 г., располагалась в Манеже и в специально выстроенных вокруг Кремля деревянных выставочных павильонах. Проекты павильонов создавали известные русские архитекторы В. А. Гартман, Д. Н. Чичагов, И. А. Монигетти, Н. В. Никитин.

Выставка удалась. Она работала все лето, в ней приняли участие 10 тыс. русских и 2 тыс. зарубежных экспонентов. Ее посетило 750 тыс. человек (а население Москвы составляло в то время 612 тыс.).

Экспонаты выставки образовали фонды Политехнического музея, а также позволили открыть в Санкт-Петербурге Телеграфный музей (впоследствии он был переименован в Центральный музей связи). Так что в сентябре 1997 г. Центральному музею связи тоже исполнилось 125 лет, но широкие юбилейные мероприятия не проводились.

Директор музея Н. Н. Курицына рассказала мне, что фонды Центрального музея связи содержат более 10 тыс. предметных экспонатов, 47 тыс. документов, фотографий, негативов, 250 тыс. книг и журналов, 8 млн. знаков почтовой оплаты, включая проекты марок, эссе, пробы, уникальные экземпляры марок Земской почты России. Музей имеет собрание топографических карт с середины XVIII в. (я видел такие карты на недавно прошедшей выставке из фондов военно-исторического архива. Это для Г. К. Жукова готовили карты сражений, нанося тактическую обстановку на типографские листы, а в XVIII веке карты были рисованными!)

В 1884 г. Телеграфному музею была передана коллекция почтовых экспонатов Московской политехнической выставки, и музей стал Почтово-телеграфным.

Когда 11 марта 1918 г. правительство переехало в Москву, туда же были перевезены и фонды Музея связи. Однако долгие годы экспонаты пролежали без пользы при железнодорожном почтамте. В. Я. Брюсов, видный русский поэт, критик и историк литературы, бывший к тому же филателистом, с горечью писал, что "Филателистическая газета" Самары сообщила: "Русский Почтовый музей, единственное такого рода учреждение в России, ввиду жилищного кризиса в Москве "свернут" и возвращен в Петроград, очевидно, не для музейной жизни, а на хранение".

Но, к счастью, это была ошибка. Музей получил помещение и стал существовать как Музей народной связи с 1924 г. во дворце князя А. А. Безбородко. Интересно, что Безбородко за феноменальную память Светлейший князь Потемкин взял в секретари. Позднее видный сановник двора Екатерины II, ее секретарь, генерал почт-директор А. А. Безбородко сам стал Светлейшим князем, ведал внешней политикой, а при императоре Павле даже был канцлером России.

В настоящее время в музее несколько разделов: почтовая связь, телеграфия, телефония, радио, телевидение, космическая связь. На мой вопрос, только ли подлинники собраны в музее, директор Н. Н. Курицына ответила, что есть и макеты. Это к примеру, макеты, изготовленные в Петербургских реставрационных мастерских академиком Лишевым. Они получили Гран-при на Всемирной выставке в Париже в 1900 г. Часть их Наталия Николаевна привозила в Москву на Всемирную филателистическую выставку "Москва-97". А в основном в музее – подлинники. И какие!

Прообраз телефакса аббата Козелли

Электромагнитный телеграфный аппарат П. Л. Шиллинга 1832 г. Буквопечатающий и стрелочный телеграфные аппараты Морриса Якоби, ставшего в русской службе Борисом Семеновичем. Телеграф долгое время был исключительно средством правительственной связи, в быт народа вошел только в середине XX в. Подлинный аппарат передачи неподвижных изображений по проводам, созданный итальянским аббатом Козелли в 1855 г. Полутораметровая литая станина, массивный маятник, управляющий перемещениями печатающей каретки. На современный телефакс не похож, но принцип тот же.

Все демонстрационные аппараты изобретателя радио А. С. Попова хранятся в музее его имени. 7 мая 1995 г. Россия отмечала 100-летнюю годовщину этого изобретения. Но история великих открытий часто связана с государственными интересами. Неожиданно у А. С. Попова появилась масса оппонентов, в том числе и российских, отдающих приоритет итальянцу Гулельмо Маркони. Попов свое изобретение не патентовал. Маркони получил на свои разработки патент в 1897 г., его работы в области практической радиосвязи отмечены Нобелевской премией, но сам он, к чести его будет сказано, за 40 лет активной деятельности нигде и никак о своих претензиях на приоритет не заявлял. Примечательно, что первое практическое применение радиосвязи связано со спасением жизней моряков севшего на камни у острова Гогланд в Финском заливе броненосца "Генерал-адмирал Апраксин" и рыбаков, унесенных на льдине в море.

Изобретение телефона А. Беллом, охраняемое заявкой на патент от 14 марта 1876 г., никем не оспаривается. Но и Россия в этом виде связи сказала свое веское слово: П. М. Голубицкий стал автором так называемой "Центральной батареи". Электропитание телефонной сети после его изобретения осуществляется на телефонной станции, а не гальваническими батарейками в каждом телефонном аппарате, как было до него. В музее хранятся первый ламельный телефонный коммутатор и первый коммутатор станции междугородной связи, введенной в действие 31 декабря 1898 г. В этом году междугородной телефонной связи исполнится 100 лет.

По музейным экспонатам легко прослеживаются первые шаги телевидения: телевизор с механической разверткой изображения – так называемый "Диск Нипкова" середины 20-х годов, электронная система развертки, созданная в 1933 г. В. К. Зворыкиным, но в США, первый кинескоп Б. Л. Розинга, усовершенствовавшего трубку Брауна, первый отечественный бытовой телевизор Ленинградского завода имени Козицкого 1938 г., аппаратура фототелевизионной съемки обратной стороны Луны разработки Брацлавца в Институте телевидения в Ленинграде. И еще десятки тысяч интереснейших экспонатов, которые, к сожалению, с 1974 г. широкой публике не показывают. Дело в том, что здание дворца, построенного великим Кваренги в 1780 г., пришло в аварийное состояние, и основные фонды музея законсервированы. Музей работает в обстановке вяло текущей реставрации. К настоящему времени отреставрирован Парадный зал с изумительной росписью и классическими пропорциями. Ранее в нем была прекрасная экспозиция, но теперь, чтобы как-то выжить, музей этот зал по прямому назначению не использует. Но работают семь небольших помещений, музей обслуживает экскурсии и любые коллективные посещения, дает музейные уроки.

Я шел к выходу. По лестнице, смеясь и толкаясь, поднимались на экскурсию дети. Их громкие голоса оживляли невеселые интерьеры ремонтируемого дворца. Петербург стоял залитый редким для декабря солнцем. И мне подумалось, что и в судьбе Центрального музея связи имени А. С. Попова, должно проглянуть солнышко. Должны же Государственный комитет России по связи и информатизации, Министерство культуры Российской Федерации обратить наконец внимание на горькое положение музея великой русской истории и великой русской культуры.

Статья опубликована в газете "Алло!" №1, 1998 г., стр. 10.
Перепечатывается с разрешения редакции.






Рекомендуемый контент




Copyright © 2010-2017 housea.ru. Контакты: info@housea.ru При использовании материалов веб-сайта Домашнее Радио, гиперссылка на источник обязательна.