Как провожают телефоны?

Кражи мобильных телефонов становятся самым популярным видом неправедной наживы (если не считать отсосы из нефтяной трубы и хищения цветных металлов «самолетами и пароходами»).

Действительно, какой прок резать сумки и тягать кошельки, если в кошельке может оказаться мелочь звенящая? А вслепую сорвать футлярчик, из которого аппетитно торчит толстая мобильная антенна – это гарантированные 50–100–150 долларов чистого дохода. Кражи мобильных телефонов становятся все наглее и изощреннее. А владельцы мобильников все время оказываются, как Шерлок Холмс, один на один с преступным миром.

Сценарий первый.
Циничный

Хмурое утро сменяет ласковый день. Осени не будет. Куртку накинули, куртку сняли. Накинули – сняли. Телефон в футляре, футляр – на поясе, на клипсе. Когда куртка надета, никто про телефон не догадывается. Куртка снимается – футляр вместе с телефоном отправляется в рюкзак. Начинаются звонки. Парочку из них упускаешь, потому что пока услышишь на шумной улице сигнал вызова, пока достанешь футляр из рюкзака, пока извлечешь телефон из футляра, проходит вечность. Тучки развеялись в десятый раз, куртку – в рюкзак, футляр с телефоном – на пояс. Ну звонить же должны, блин!

Он выныривает из-под чьей-то авоськи – никаких особых примет, грязная фуфайка, грязная харя – и сворачивает футляр вместе с телефоном. Мозг пока не реагирует, реагирует рука – сама по себе, под влиянием инстинкта сохранения материальных ценностей рука цепляется за то, что всегда было твоим. Руку легонько выворачивают и отбрасывают, как нечто ненужное.

Можно, конечно, орать. И вы немного покричите, чтобы не взорваться от обиды и отчаяния. Можно бежать следом. Один грязный силуэт мгновенно двоится, и вот вы несетесь по анфиладе загаженных подворотен за двумя проворными существами, оставляющими шлейф запахов: скисший пот и гарь. Но увлекаться гонкой с преследованиями не стоит: ведь можно ненароком и догнать, получить по башке и вообще лишиться всего.

Возвращайтесь на улицу. Там те же милые прохожие, которые (сволочи!) даже подножки не поставили вору. Надо срочно блокировать SIM-карту. Надо попытаться поймать звонок, которого, вы, возможно, лишились.

Сценарий второй.
Романтичный

У вас – глаза! И – легкое дыхание! И чувство ритма, и очаровательный смех! Ну должны же все это видеть и оценивать по достоинству! А не видят. И личное в тупике, и общественное пробуксовывает. Звонят по пустякам. Вы возвращаетесь с важной встречи, обдумывая, как работать в этом клятом направлении дальше.

В офис не хочется, не хочется в офис. Опять звонят. Тормозите у фонарного столба, чтобы сосредоточиться если не на разговоре, то хотя бы на фонарном столбе. «Да, у нас такой прайс, да, мы можем подвинуться, но не сильно… Нет, это не скидка, это милость к падшим, а Вы, Авессалом Александрович, еще не пали… Ну и ищите себе других партнеров…»

А вы не одна у этого столба. Рядом стоит Он и тоже нервно говорит по мобильнику. И у Него – глаза! И спутанные светлые волосы. И хороший плащ, и портфель, который может себе позволить себе только мужчина вашей мечты.

Что, не все гладко? И у меня. Здесь Ваш офис? И мой рядом. Рутина. Кто ж оценит по достоинству… Вы где обычно обедаете? А давайте вместе пообедаем! Мне звонят, извините… Вот визитка, вот номер телефона. А ваш я запишу в блокнот, здесь и здесь, я должен быть уверен, что обязательно смогу с Вами связаться…

Знаете, в эту забегаловку мы не пойдем. В квартале отсюда есть хороший ресторанчик. Ценник Вас не должен смущать, у меня сегодня такой день, такое настроение, и рядом – такая Вы!

Ему звонят. Вам – тоже. Вы увлечены своим разговором, но улавливаете, что у вашего принца не все складывается. В зале шумно, и он выбегает с трубой в холл, кричит, жестикулирует: бизнес. Официант начинает заставлять стол даже не тарелками и бокалами, а блюдами и кубками. Принц возвращается, в сердцах жахнув телефоном об стол: аккумулятор сел. Все, теперь сорвется такой контракт!

Ну Вы же сами и предложите ему свой мобильник: конечно, поговори, конечно, это важно, какое неудобство? выйди в холл, здесь же так шумно, и музыка играет.

Стоит ли продолжать? Принц так и не появится больше, умыкнув трубу за $450, которая была «ношена» без году неделя. На память останется «липовая» визитка. А на столе все громоздятся блюда и кубки. Приятно подавиться.

Сценарий третий.
Назидательный

Говорят, в одну воронку дважды снаряд не падает. Говорят, нельзя еще раз войти в ту же реку. Но судьба горазда лупить неучей, которые не желают усваивать ее уроки. Вот как бывает…

Центр города. Людная площадь. Пятачок, на котором в день – тысяча встреч, свиданий, «стрелок» и пересечений. Очень деловой персонаж спешит на очень деловую встречу. Долго выглядывает в толпе таких похожих прохожих своего визави. Они обмениваются рукопожатиями, хлопают друг друга по плечу, получают случайные тычки и хлопки от таких же встретившихся, но промахнувшихся – народу же уймища, не протолкнуться. Продираются сквозь строй влюбленных, подружек с малолетними преступниками на привязи и недобрых мальчиков из пригорода, которые тоже назначили здесь встречи. Минуты через три Вас начинает угнетать чувство собственной невостребованности: ну как же, столько времени прошло, а мобильник ни разу не зазвонил. Что там в кармане? Ну?! А нет его больше, мобильничка…

Чертыхнувшись, Вы с визави начинаете восстанавливать канву событий: кто толкнул, кто рядом потерся… Ага! Хмырь в зеленом плаще, которого уже и след простыл.

Назавтра Вы переносите еще одну важную встречу на полчаса: надо успеть купить мобилу. Как там дальше? Центр города. Людная площадь. Пятачок… Толпа встречающихся. Кстати, вон и хмырь в зеленом плаще, морду бы ему набить, да пачкаться неохота. Гуляй, пока молодой, мальчик! Мы ученые. Телефон, как всегда, в кармане… Пока в кармане.

Автор этой статьи лично знает человека, который умудрился дважды в течение двух дней лишиться мобильного телефона – по одному и тому же сценарию, в одном и том же месте.

Сценарий четвертый.
Джеймсбондовский

Можно допустить, что паранойя, или бред преследования, обрушится на слабую голову отставного спецагента или пожилой девицы. Надорвутся, неся по жизни государственную тайну и цвет невинности перезрелой, и начнут подозревать,

что все вселенское зло объединилось, чтобы завладеть их драгоценностью. Но когда здоровому мужику среди бела дня мерещится, что его «ведут», и в каждом попутном автомобиле видится «хвост», пора задуматься об отдыхе.

Действительно, никакими ценностями мы не владеем. Надо срочно сотку баксов разменять. Сотка баксов – это ценности? Стоит ли из-за них устраивать гонку с преследованиями? Промышленный шпионаж? Ага, все магнаты мира потеряли покой и сон, мечтая раздобыть рецепт пельменей «Ушки с мяском», которые мы делаем на своем маленьком пельменном заводике. Мы точно не наследники короны Российской Империи, и не Пятый элемент, Шестого чувства нам также не дано. Значит, вперед! Менять доллары, встречаться с поставщиком и на обшарпанную «пятеру» внимания не обращать: прихвостни Доктора Зло в таких авто не ездят.

В обменнике – очередь. Постоим, что делать: срочно пора платить за мобильник. Сам буду жрать свои «Ушки с мяском», но телефон «подкормлю». Он у нас рулёвый – с цветным дисплеем, полифония – обалдеть! Как поместишь в держатель hands free, так всю дорогу и смотришь не на дорогу, а на мобильник.

Очередь тянется, как резинка. С опозданьицем нас, господин поставщик! Неудобно: мужик хороший. Попытаем счастья в обменнике за углом. Упс! А почему у нас дверка в машине свободно открывается? Мы ее на сигнализацию точно ставили. Паранойя развивается нормально. Магнитола на месте. Хороший мобильник – в держателе hands free. Вдох – выдох, поехали денежки менять…

Обменник. Встреча. Иван Иваныч, погодь, я мобилу в машине оставил. Дверка открывается. Телефона нет. Спасибо, музыку оставили.

Сценариев может быть еще множество, но исход всегда один – полная потеря мобильности.

Где тебя «найти»?

Стыд не дым – глаза не выест, но ворованные телефоны все деликатно предпочитают называть «найденными». Даже когда криминал вопиющий: нет ни коробки, ни документов, ни оригинального зарядного устройства, владелец томно опускает ресницы на манер Альхена Голубого Воришки: «Найденный он, в лесу под сосной», или «Сгорело все при пожаре, парализованную бабку и ту только чудом вытащили», или «Сами мы не местные, коробка с зарядкой осталась в Усть-Фоминске, куда только оленями, да и то только летом…» И покупатель криминального телефона верит: цена на 50–200 долларов меньше – лучший аргумент.

Легальная версия правоохранительных органов: кражи мобильных телефонов – это дело одиночек, непрофессионалов, неадекватных наркоманов и малолетней шпаны. Никаких преступных организаций. Стихийное возникновение по принципу спрос – предложение – спрос – предложение… То есть одни импульсивно начинают тащить телефоны, другие инстинктивно улавливают предложение и начинают их скупать, третьи не отказываются от возможности наживы и выкладывают их на прилавки. Пока иных данных нет, пусть будет так.

«Найденные» телефоны охотно скупают дядьки у метро, с удовольствием принимают в мелких подвальчиках-магазинах. Торг идет так: если цена аппарата за пределами $300, на руки воришка получит $100. Все защиты легко снимаются (хоть в сервис-центре, хоть у народного умельца). При желании можно изваять коробку с наклейками-номерами, подобрать зарядное устройство.

Доказать факт кражи мобильного телефона можно только в момент совершения оной. То есть чужая рука с траурной каемкой под ногтями срывает с вас мобильник, бдительные граждане хватают злоумышленника, и всей толпой потерпевший и свидетели отправляются в милицию. При ином раскладе невозможно инкриминировать что-то счастливчику, которому просто везуха вышла, и он нашел телефон, который вы, раззява, уронили и не заметили. Сбыт краденого, скупка краденого – все это архисложно доказать. Так что дядьки у метро ничем не рискуют.

Операторы сегодня любят всех абонентов: и «черненьких», и «беленьких». При подключении в лучшем случае услышишь шутливый вопрос: телефончик-то легальный? Нигде не спёрли? Можете смело заявлять: спёрли! Они пошутили, вы пошутили, теперь давайте подключаться.

Ответственность операторов в данном случае очевидна. В их власти свести к минимуму использование мобильных телефонов – при помощи идентификационного номера (IMEI), по которому можно «отслеживать» или просто не пускать в сеть ворованные телефоны. Но стоит ли суетиться? Тот, кого обокрали, все равно останется в сети и еще доплатит за восстановление SIM-карты со своим номером. Тот, в чьи руки попадет ворованный мобильник, пойдет подключаться.

Не будем огульно всех обвинять. Например, Северо-Западный филиал «МегаФона» давно ведет «черные» списки украденных телефонов. Но, увы, не заметно, чтобы это оказало серьезное влияние на ситуацию.

Производители тоже в принципе выигрывают. Крадут чаще новые дорогие телефоны, а поскольку ворам лишь в одном случае из тысячи удается вместе с телефоном прихватить и гарантийный талон, то и платить сервис-центрам за ремонт украденных мобильников производителям не приходится (иногда это могут быть весьма приличные суммы). Кроме того, велика вероятность, что на замену украденному потерпевший купит аппарат той же марки.

Выигрывают и сервис-центры: у них прямо пропорционально телефонным кражам растет число платных (не по гарантии) ремонтов, которые приносят в несколько раз больше прибыли.

Проследить дальнейшую судьбу телефона легко. Быстро и без проблем его либо выложат на прилавок в неприметном подвале с вывеской «Салон», либо отправят с партией таких же похищенных в провинцию. Тут придется отвлечься от веселых историй и сетований правоохранительных органов.

У мобилизации страны есть темная сторона. Мы все прекрасно усвоили, что мобильный телефон – это удобно, практично, полезно и радостно. Всегда на связи! Операторы берут любого абонента – «по-любому». А ваша бабушка еще не подключилась? А сына-пятиклассника вы отправляете за кефиром без телефона?

В «приличной» среднестатистической семье количество телефонов приближается к числу членов этой семьи. Телефоны ломаются, теряются и иногда похищаются. Поддерживать мобильный уровень по ценам легальных салонов не под силу даже представителям среднего класса Москвы и Питера. А как быть жителям Омска, Томска или Новосибирска? Там 100 долларов – приличные деньги, на которые та же среднестатистическая семья среднего достатка пытается протянуть месяц. Понимаете, к чему этот пассаж? К тому, что московская домохозяйка или питерский клерк могут баловаться каждый квартал, гоняясь за мобильной модой и выкраивая «жалкие сотни баксов» на то, чтобы сменить устаревшую модель на новую. А их товарищи по классу, провинциальные клерки, считают каждую сотню. Рублей. И покупая телефон, вырубают опцию подсветки экрана, потому что это продлевает срок работы аккумулятора. Поэтому провинциальному служащему все равно, откуда взялась дешевая современная модель мобильника. Он готов экономить, но «соответствовать». В провинции краденые мобильные телефоны востребованы. Спрос рождает предложение.

Что может сбить волну мобильных краж? В первую очередь – щепетильность оператора при подключении, принципиальность производителя (например, отказ ремонтировать в фирменном сервис-центре явно ворованные телефоны), бдительность милиции (не отказ принимать заявление по поводу явного «висяка»), осторожность граждан. И всего-то.






Рекомендуемый контент




Copyright © 2010-2017 housea.ru. Контакты: info@housea.ru При использовании материалов веб-сайта Домашнее Радио, гиперссылка на источник обязательна.