Вычислительная техника стран СЭВ

Обзор материалов по истории ВТВведение

Принципиальное изменение политико-экономического ландшафта послевоенной Европы коренным образом повлияло и на ход её научно-технического развития. Формирование содружества восточно-европейских государств, характеризовавшихся жесткими структурами централизованного управления во всех областях социальной, экономической и т. д. жизни проходило под лозунгом “максимальной концентрации общих усилий для достижения прогресса и всеобщего благосостояния”. Ориентация внутренней политики участников этого содружества на “всемерную поддержку научного и культурного развития”, на фоне “ускорения научно-технического прогресса”, бесспорно, определилась текущими требованиями и общим ходом исторических процессов. Тем не менее, нельзя недооценивать и роль идеологических концепций, лежавших в основе политических доктрин “общества нового типа”, ориентировавших (по крайней мере декларативно) на “создание условий для развития творческого потенциала (каждой) личности”. Разумеется, далеко не всегда они реализовывалась адекватными методами[1], однако в общем и целом именно это позволило “Восточному блоку”, продемонстрировать сильные стороны “альтернативной социальной системы”. Вряд ли требует доказательств факт, что полная поддержка централизованным государством академической науки и её приоритетных прикладных направлений, а также создание и развитие эффективной “глобальной” системы образования высокого качества доступной любому — это принципиальные факторы, обеспечивающие возможность качественного скачка даже при недостаточном развитии экономики и производственных технологий.

Немалое значение имела и общественная ориентация на научное развитие “пропаганда науки”. Получение образования и участие в научной работе начало рассматриваться обществом не только как средство достижения более высокого финансового или служебного положения, но и как средство “творческой самореализации личности” и форма социального вклада.

Несмотря на небескорыстную критику со стороны западных оппонентов и их скептические прогнозы, восточное сообщество оказалось способным не только решать свои экономические проблемы, но и вышло вперёд во многих научных областях. Благодаря экономическому и научному взаимодействию на основе равноправия и взаимопомощи страны восточной Европы смогли организовать собственный проект совместного развития вычислительной техники, одной из ключевых областей нашего времени, и относительно независимо продолжать дальнейшую работу, решая свои проблемы собственными силами. Хотя схема реализации этого проекта, избранная государственной администрацией, была компромиссной и вызвала массу нареканий, в целом она дала уникальный пример плодотворной международной кооперации на основе принципиально новых отношений между народами разных стран. Для совместной разработки ЭВМ единой серии ЕС в начале 1970-х был создан международный коллектив, насчитывавший более 300 тысяч участников — ученых, инженеров и техников. Ветераны проекта ЕС единодушно отмечали[2], что “…несмотря на доминирование СССР в «высших политических сферах», в области науки и в отношениях между обычными гражданами наших стран царили обстановка полного равноправия и чувство единой команды”.

К концу 1960-х обе части Европы подошли к тому рубежу, когда компьютер перешагнул порог научных центров и оборонных организаций и начал завоевывать массового потребителя. Это внесло принципиально новые требования к производству ЭВМ. Если в 50-60-е каждая машина, как правило, использовалась вне всякой связи с другими, то “обыкновенному покупателю” 1970-х понадобились стандартные совместимые машины, снабженные максимально широким набором стандартизованного прикладного ПО. Из отдельных произведений искусства программистов компьютерные программы начали превращаться в массовый, ходовой товар. Большой проблемой того периода стало наличие большого парка несовместимых ЭВМ и отсутствие стандартных операционных систем. В СССР это произошло из-за наличия большого числа довольно разобщенных разработчиков, а на Западе из-за конкуренции национальных фирм. В это время суммарный экономический потенциал западных стран был намного выше, чем у стран СЭВ, однако хаос, вносимый борьбой между монополиями, значительно снижал конечный эффект их усилий. Так, более развитая в экономическом и технологическом отношениях Западная Европа в начале 1970-х, не сумев преодолеть конкуренцию между собственными производителями, да ещё и национальные амбиции, не смогла организовать выпуск достаточного количества совместимых ЭВМ со стандартизованным ПО и уступила рынок натиску американской IBM (совместимые машины IBM 360), сильной стороной которой и были не столько техническое совершенство, сколько массовый выпуск стандартной продукции и продуманная коммерческая ориентация производства. В результате к концу 1970-х собственного производства ЭВМ в Западной Европе практически не осталось. Страны экономически более слабые, хотя и обладавшие рядом интересных в научном отношении проектов по вычислительной технике, как, например, Швеция или Голландия, не имея достаточных средств, свернули его ещё раньше. Помощь со стороны других партнеров, разумеется, исключалась.

Взаимопомощь восточных европейцев прежде всего была нацелена на увеличение общего потенциала, что и позволило быстро развиться участникам с недостаточными собственными возможностями. Большую роль играла практика постоянного массового обучения студентов и специалистов из Болгарии, Кубы и т. п. в вузах СССР, ГДР и ЧССР, финансировавшаяся этими же странами. Не меньшее значение имели и регулярные инвестиции более сильных партнеров, например СССР в Болгарии. Обмен студентами практиковался очень широко между всеми социалистическими странами. Определенную положительную роль играл и “железный занавес”, защищая восточный рынок от западных конкурентов.

Учитывая историко-экономические факторы, нетрудно понять, почему производство ЭВМ в странах-партнёрах началось намного позже, чем в самом СССР, причем далеко не все они самостоятельно вышли на этот уровень.

Вообще говоря, в начальный период, т. е. до 1960-х, страны социалистического лагеря можно было бы разделить на три группы по их отношению к вычислительной технике:

  • страна со значительным научным опытом и развитым производством (с 1948 г.) — СССР;
  • страны с развитым научным базисом, но не имевшие собственного производства (или только начинавшие его), такие как ГДР и Чехословакия, а также Венгрия и Польша, где научные разработки только начинались;
  • страны, не имевшие ни научных разработок, ни электронной промышленности — Болгария, Румыния, Куба, Монголия и Вьетнам.

Примерно так же распределялись и их экономические возможности. Что касается более детальной исторической картины их научного развития, то лучше рассмотреть её подробнее по каждой конкретной стране.

ГДР

Хотя восток Германии в большинстве своём принадлежал к её аграрной, а не индустриальной части, а в послевоенное время являл собой картину почти полного разорения, не следует забывать ни о многовековых производственных традициях Германии, ни о её богатом научном наследии, ни о классической системе образования[3], сохранявшейся и в ГДР. Следует помнить и то, что первые в мире программируемые компьютеры (серии Z) были созданы именно в Германии молодым инженером Конрадом Цузе еще в конце 1930-х — начале 40-х гг., хотя и в единичных экземплярах. Цузе работал и над вопросами программирования, развивая систему управляющих команд (кодов), названную им PLANKALKUL. В предвоенное время там проводились исследования по полупроводникам и в других областях электронной промышленности.

Хотя специалисты ГДР во многих направлениях должны были начинать работу с нулевой отметки, подобный научный потенциал, разумеется, оказывал большое влияние. Весьма важным фактором развития научной работы было существование Академии Наук ГДР, основанной в 1946 г. и продолжившей более чем 250-летние традиции Прусской Академии. К 1991 г. она объединяла 58 институтов с примерно 22 000 сотрудников. Её работа оказалась столь плодотворной, что, несмотря на роспуск после объединения с ФРГ (где Академии в послевоенное время не существовало), она сохраняется и сейчас, правда, в виде научного общества.

Тем не менее, начало практических действий по созданию ЭВМ приходится уже на 1963 год, в связи с новой программой, принятой VI съездом СЕПГ (15-21.01.1963 г.). В его решениях говорилось: “Съезд объявляет начало нового процесса реформ, которые будут обращены в первую очередь на экономику, проблемы молодежи и культуры”. Среди программных направлений особо отмечалось развитие систем “электронной обработки данных”, результатом чего и стало появление ЭВМ Роботрон R-300. Происходило это на VEB (народном предприятии) по электронным счётным машинам, научно-производственном комплексе в Карл Маркс Штадте (Хемнице), игравшем ведущую роль. Само предприятие было основано в 1956 г. как отдел электронных компонентов на предприятии, производившем бухгалтерские машины “Астра”. Институт электроники в Дрездене разрабатывал устройство памяти на ферритовых стержнях и систему управления устройством на магнитной ленте, тогда как полностью устройство памяти на магнитной ленте изготавливалось на заводе Карла Цейса в Йене, а устройство печати — на фабрике конторских машин Зоммерда. Производство ферритовых стержней было поручено заводу VEB ORWO. Институт обработки данных в Дрездене поставлял блоки передачи данных DFE-550. Большое число участников привело к созданию в 1965 г. нового кооперативного объединения “Роботрон-300”, насчитывавшего 22 предприятия и находившегося под руководством народного предприятия Рафена в Радеберге. 1 апреля 1969 г. на базе этого объединения был официально организован комбинат “Роботрон”.

Серийное производство ЭВМ “Роботрон-300” началось в 1968 г., и к 1971-му было выпущено около 350 машин. Основные параметры этой модели:

  • быстродействие — 5000 оп/с.,
  • ёмкость устройства оперативной памяти — 40 Кб,
  • основные электронные компоненты — транзисторы.

За этой машиной в 1970 г. последовала новая ЭВМ R-21, которая вскоре была заменена ЭВМ серии ЕС (по-немецки ESER) — ЕС-1040. На Роботрон была возложена ответственность за организацию научных исследований по всем отраслям, связанным с вычислительной техникой, а также за совместные с СССР разработки по проекту ЕС. Роботрон также выпускал процессорные блоки, периферийные устройства и устройства передачи данных. Он же нёс ответственность и за сбыт обычной офисной техники, производимой комбинатом “Zentronik”. Роботрон также нёс общую ответственность за системы обработки данных, их продажу, практическое внедрение и сервис.

Одной из основных идей создания столь мощного объединения была программа уменьшения отставания от западных конкурентов. Для этого в Дрездене в начале 1970-х было основано производственное предприятие “Gruna”, которое производило центральные процессорные блоки для R-21. Под руководством Роботрона разрабатывались не только системы обработки данных. Число предприятий, входивших в его структуру, постоянно росло, что привело к радикальной реорганизации в 1978 г., когда комбинат “Zentronik” был закрыт и всё производство оргтехники отошло к самому Роботрону.

С развитием микроэлектроники характер производства средств ВТ в ГДР изменился коренным образом. Руководством страны (резолюция ЦК СЕПГ по микроэлектронике от 1977 г.) перед разработчиками была поставлена задача децентрализации применения ЭВМ в связи с их миниатюризацией. Для этого в 1978 г. в Эрфурте был основан комбинат микроэлектроники. На базе 8-битного центрального процессора U808 в 1977 г. Роботрон выпустил микрокомпьютер ZE1 и микрокомпьютерную систему К1510, а позже на основе U880 — К1520. Процессор U880, прототипом которого был Zilog 80, был основным стандартным элементом у офисного компьютера А-5100 в 1980-х и даже у популярного РС-1715, производившегося до самого конца ГДР.

Появление микроэлектроники позволило начать выпуск машин и для индивидуального использования. В 1986 г. в продажу поступили первые комплекты деталей для микрокомпьютеров Z1013 производства “Роботрон-электроник” в г. Риза. Широкое распространение получили микрокомпьютерные системы К1510 и К1520, особенно в банковских и железнодорожных терминалах. К 1989 г. комбинат Роботрон, в его состав входило 21 предприятие, на которых трудилось почти 77 000 сотрудников, превратился в крупнейшее производственное объединение ГДР. Некоторые другие предприятия начали выпускать серийные компьютеры только в конце 80-х.

Машины популярной единой серии ESER/ЕС производились с 1973 г. и к концу 1970-х составляли более половины всего парка машин. Благодаря их высокому быстродействию суммарная производительность немецких ЭВМ стала расти намного быстрее. Большое внимание уделялось и развитию управляющих ЭВМ для производственных процессов. Например, за период 1972-1977 гг. их объём увеличился в 10 раз. Специальное решение VIII съезда СЕПГ определило меры по повышению эффективности эксплуатации машин. Постановлением предусматривалась тщательная организационная подготовка для их работы в несколько смен. В 1975 г. их средняя загрузка составляла 15,6 ч/сутки, а в некоторых отраслях она достигала 18 ч/сутки. Кроме того, эффективность использования повышалась за счёт расширения сферы применения: в начальный период для учёта, потом в исследованиях, а далее в технической подготовке производства. Постоянно рос уровень квалификации обслуживающего персонала. По данным 1974 г., годовой эффект применения ЭВМ превысил 1 млрд. марок ГДР.

В конце 1960-х гг. ГДР была самым активным участником проекта ЕС ЭВМ, поскольку к тому времени уже самостоятельно начала разработку IBM-совместимых машин на базе R-40.

В рамках ЕС ЭВМ в 1970-е годы ГДР специализировалась на процессорах средней производительности, а также на разработке и производстве накопителей на магнитной ленте (НМЛ) и ряда периферийных устройств. Первая машина ЕС-1040 выпускалась в большом количестве и экспортировалась в семь стран. В 1976 г. центральный процессор ЕС-2640 был удостоен Знака качества. Кооперация с СССР позволила предприятию Карл Цейс Йена быстро освоить производство высококачественных накопителей на магнитной ленте. К 1976 г. ГДР отгрузила их в количестве 13 000 комплектов, а в 1976 г. накопители ЕС-5017 получили Знак качества. ГДР всегда проводила политику максимального углубления связей между участниками проекта, добиваясь введения единой системы оценки качества и надёжности производимых технических средств, стимулирования обмена пакетами прикладных программ и т. д.

Производству ПО уделялось не меньшее внимание. В 1984 г. часть предприятия Роботрон в Дрездене выделилось в самостоятельный центр, который с 1987 г. стал руководящим разработчиком программных продуктов для всей ГДР.

Среди наиболее важных в экономическом отношении машин можно упомянуть и производившиеся в 1980-е гг. ЭВМ R-55 и R-57, в большом количестве экспортировавшиеся в СССР.

(От директора Музея: Отмечу, что с 1984 по 1986 гг. мне довелось сотрудничать с разработчиками Роботорона по машине СМ 1910. Она по некоторым решениям походила на СМ-1810, которую создавал в то время ИНЭУМ. Постоянно на уровне отдела 13 ИНЭУМа проводились совещания по координации работ с Роботроном, был налажен обмен системным ПО и средствами разработки, как западными, так и собственными. При этом, по нашим оценкам, Роботрон опережал ИНЭУМ в разработке месяцев на девять. Интересно, что в ходе совещаний немцев часто было непросто уговорить взять какие-то вещи на себя, но если они соглашались, то чётко выполняли свои обязательства. Советская сторона нередко этого не делала. Более того, наши предложения немцами проверялись и оценивались. Я как-то предложил им сделать на К-1715 псевдодиск, чтобы ускорить копирование с НГМД. В Дрездене провели эксперимент и, убедившись, что скорость копирования увеличивается в шесть раз, приняли и внедрили моё предложение. Более того, в 1986-м году в Москву приехал зам. директора Роботрона г-н Кербст и в качестве благодарности пригласил меня поужинать в ресторане, а в те годы ужинать с иностранцами было достаточно стрёмно. — Эдуард Пройдаков.)

Чехословакия

Работа по развитию вычислительной техники в Чехословакии непосредственно связана с именем пионера управляющей и аналоговой техники Антонина Свободы. Благодаря его инициативе уже в ранний период при Академии наук ЧССР был создан Институт вычислительной техники, который в скором времени сумел сконцентрировать ряд выдающихся сотрудников. Обширный опыт, приобретенный А. Свободой за время работы в Париже, в Америке и в Кембриджской радиологической лаборатории, оказался неоценимым для развития новой науки. Также важным оказалось полученное республикой наследства в виде Пражских фабрик точного машиностроения. Например, фирма АРИТМА поставляла машины для перфокарт. В 1951 г. было организовано народное предприятие офисного оборудования, ответственное за обслуживание и распространение всех аппаратных средств вычислительной техники.

Уже в 1949 г. в лаборатории математических машин (позже она развилась в Научно-исследовательский институт математических машин — VUMS) началась проектная работа по созданию чехословацкой релейной вычислительной машины под названием САПО (САмочинны ПОчитач). К 1958 г. машина уже была введена в эксплуатацию. Она состояла из 7000 реле, 380 ламп, 150 диодов и имела устройство магнитной памяти на барабане (1024 32-битовых слова со временем доступа 320 мс). Три одинаковых независимых процессора постоянно контролировали друг друга. Рабочий цикл процессора составлял 160 мс, а программа содержала многоадресные команды. Для ввода данных использовались перфокарты, а в качестве выводного устройства электрическая пишущая машина.

Будучи крупнейшим создателем вычислительной техники VUMS разработал еще и другие машины MSP-2, EPOS, ZPA-600, а также многочисленные периферийные устройства. Для развития исследовательских работ несколько машин были приобретены в Англии (National Elliot-803A, -803B, 503), а также были куплены модели советской машины “Минск” и польской ODRA.

После войны АРИТМА в основном производила обычную вычислительную технику. В период 1949-1974 гг. общий объем выпущенных машин составил примерно 18 000 перфокарточных калькуляторов (Аритма-100, Аритма-1010 и Аритма-101), 220 компьютеров, приблизительно 1000 аналоговых машин серии MEDA и 160 специализированных однопрограммных аналоговых машин.

Гибридные системы HRS ROBOTRON, равно как и 4241 HRS 7000 и HRS 7200, производились совместно с ГДР. Национальное народное предприятие ТЕСЛА начало производство машин второго поколения по лицензии французской фирмы БУЛЛЬ. Помимо АРИТМА выпуском средств вычислительной техники занимались заводы “Збройовка” в Брно (пишущие и механические счетные машины), заводы приборостроения и автоматики в Кошице и, конечно же, пражская ТЕСЛА. В 1969 г. благодаря усилиям по преодолению отставания, а также общей интенсификации экономического прогресса компьютерная промышленность, долго не получавшая должного внимания, наконец-то приобрела надлежащую организационную структуру. Все организации, имевшие отношение к разработке и производству вычислительной техники, были объединены и подчинены пражскому “Объединенному коллективному предприятию по автоматизации и вычислительной технике” — ZAVT.

Сектор исследований и развития был представлен пражскими НИИ математических машин (VUMS), Институтом внедрения средств ВТ (UAVT) и Исследовательским институтом средств автоматики (VUAP), жилинским НИИ вычислительной техники (VUVT). Несколько позже исследовательский центр вычислительной техники был открыт и в Братиславе. Это производство объединило 13 предприятий, разбросанных по всей стране, включая ТЕСЛА и заводы “Зброевка”. После этого возникающие организации по сбыту и обслуживанию начали также начали интегрироваться в общую структуру. Самыми известными были “Kancelarskе stroje” в Чехии и “Datasystem” в Словакии. Деятельность ZAVT также была ориентирована на международное сотрудничество в области вычислительной техники и средств управления. ZAVT участвовал в производстве ЕС ЭВМ и СМ ЭВМ, а именно ЕС-1021, ЕС-1025, СМ-1, СМ-2, СМ-3-20 и СМ-4-20. Выпускались там и микрокомпьютеры и микрокомпьютерные системы, аналоговые и гибридные компьютеры, например MEDA-41ТС, MEDA-42ТА, MEDA-43HA, ADT-3000, HRA-4241. Выпускались там и периферийные устройства для ЕС и СМ, иные устройства обработки данных, а также офисное оборудование, например пишущие машинки CONSUL. Оно было также ответственно за выпуск автоматизированных систем управления, регистрационно-измерительной аппаратуры и научного лабораторного оборудования.

Компьютер ЕС-1021 (также называемый R20A) разрабатывался пражским НИИ математических машин (VUMS) и был в предназначен для промышленных предприятий малой и средней мощности. Основными его задачами были научные, инженерные и экономические. Однако его можно было использовать и как сателлитный компьютер для более крупных машин. Он производился в Цаковице, на заводе ZPA, известном выпуском мини-машин MSR-2 и средних машин ZPA-600 и ZPA-601. Национальное предприятие АРИТМА в Воковице выполняло функции субподрядчика в производстве перфораторов и перфокарточных читающих устройств.

В 1974 г. ЧССР предприняла новую серию энергичных мер. Согласно новому пятилетнему плану предстояло выпустить 340 новых машин, 300 из которых были компьютерами ЕС. А последующим (шестымм) 5-летним планом была поставлена цель достичь уровня производства в 800 или 1000 машин последних модификаций. Надо также отметить, что ЧССР была одним из мировых лидеров по выпуску периферийных устройств и особенно устройств считывания перфолент. Проблемами экспорта занималось предприятие KOVO. Доставкой, монтажом и наладкой ведало национальное предприятие Kanceljarski Stroje (KSNP).

Венгрия

Ранняя история венгерской вычислительной техники тесно связана с именем Ласло Козьмы. В начале второй мировой войны этот известный исследователь уже работал в Бельгии, в Антверпене, над созданием релейного компьютера.

Хотя Янош Нойманн (1903-1957, известный в США как John von Neumann) и считается американским ученым, не следует забывать, что родился он в Будапеште, где в 1921 г. окончил Лютеранскую гимназию, а затем поступил в Будапештский университет. Правда, обучался он в основном в Берлине на химическом отделении (1921-1923) и в Техническом институте в Цюрихе (1923-1926), но в Будапеште с успехом сдавал все экзамены, хотя почти там и не присутствовал. Одной из причин этому было усиление антисемитизма после падения Австро-Венгерской империи, хотя самого Нойманна религиозные и национальные вопросы интересовали весьма мало. В Швейцарии развивалось и его увлечение математикой. Тем не менее докторскую степень по математике он тоже получил в Будапеште в 1926 г. До 1929 г. Нойманн преподавал в Гамбурге и одновременно учился в Геттингене в аспирантуре у Гильберта (Hilbert). В 1930 г. он снова приехал в Будапешт, где женился на своей невесте Мариете Ковеши, а затем переехал с ней в США по приглашению профессора Освальда Веблена.

Там в 1930-1933 гг. он преподавал математику в Принстонском университете, но обучать основам, обладая незаурядным талантом исследователя, ему не особенно удавалось. Однако ясное изложение даже сложных физических проблем (при математическом складе ума Нойманна) выходило блистательно. Назначение его в 1933 г. на должность профессора в новом Институте прогрессивных исследований в Принстоне совпало с приходом нацизма в Европу. На этой должности Нойманн и оставался до конца своей, к сожалению, короткой жизни.

Послевоенное развитие венгерской вычислительной техники началось с работ Будапештского технического университета и Университета в Зегеде. В конце 1957 г. группа кибернетических исследований венгерской Академии наук получила полный комплект документации на малую электронно-вычислительную машину М-3, созданную Исааком Семеновичем Бруком и его учеником Николаем Матюхиным в Москве, в Энергетическом институте АН СССР. Смонтированная и введенная в эксплуатацию в 1958 г. М-3 стала первым венгерским электронно-ламповым компьютером. Однако в последующие годы оснащение компьютерами происходило в основном за счет импорта. Началось и использование лицензий, так, в 1968 г. у французской компании CII (наследника знаменитой Bull) были приобретены права на машину CII-10010. Эта машина была популярной и в самой Франции, где она была впоследствии развита в целую серию разнообразных, в том числе и военных, компьютеров.

Таким образом, первоначальное число венгерских машин в начале 1960-х равнялось 10, а к 1967 оно возросло до 18. Начиная с конца 60-х в связи с новой политикой ВНР в рамках СЭВ темпы роста значительно повысились: к 1970 г. их уже было 80, в 1970 г. — 120, 1975 г. — 400, а к 1980-му — 700.

Новый период развития начался в 1969 г. после заключения межправительственного соглашения соцстран о совместной разработке и производстве ЭВМ. Для этого в качестве первого шага была назначена Комиссия по вычислительной технике. Её целью стала подготовка централизованного плана развития, а также пропаганда и поддержка применения ЭВМ в различных отраслях. Наряду с включением Венгрии в программу производства ЕС ЭВМ, а позднее и СМ (малых ЭВМ), развитие её собственной вычислительной техники поддерживалось различными формами сотрудничества с западными фирмами, в частности, Сименс, CDC, UNIVAC и др. Широко используя лицензии и контракты на поставку машин этих фирм, производство ЭВМ в Венгрии быстро достигло ощутимого уровня. Роль местной электронной промышленности также нельзя недооценивать.

Различные формы развития перемежались и поддерживали друг друга. Примером может служить алфавитно-цифровой монитор VIDEOTON — VT-340/ ES-7184, мини-компьютер VT-10108. Машина второго поколения EMG-830 — компьютер средней производительности — была изготовлена Будапештским заводом измерительного оборудования. Договор о лицензии с французской CII ориентировался на совместимый с машинами ЕС мини-компьютер третьего поколения, который должен был выпускаться с 1971 г.. Таким образом Венгрия пыталась удовлетворить свои нужды в компьютерах, оценивавшиеся к 1975 г. в 400-500 машин. Производство компьютера ЕС-1010 началось в 1972 г. после успешного испытания на заводе в Секешфехерваре. Помимо этого выпускалось большое количество принтеров, интеллектуальных терминалов и устройств ввода данных с перфокарт. За этим последовало производство компьютеров ЕС-1010-М, ЕС-1011 и ЕС-1012. В 1973-1974 гг. Венгерская палата промышленной внешней торговли объявила изготавливавшееся оборудование готовым к продаже. Развитие машины ЕС-1015 и СМ-53 было завершено к 1979 г. В то же самое время успешно прошли испытания и новые периферийные устройства хранения данных на магнитной ленте, устройства хранения больших объёмов данных и устройства передачи данных на большие расстояния. По данным венгерских правительственных организаций, в 1979 г. примерно 100 ведущих предприятий уже имели свой машинный парк, а ещё около 1500 систематически арендовали машинное время на ВЦ коллективного пользования.

Новые машины ЕС использовались очень интенсивно не только в научных задачах, но и в повседневной хозяйственной деятельности. В официальных отчетах руководства ВНР среди лучших примеров отмечались:

  • организация регулярного бесперебойного снабжения Будапешта молочными продуктами посредством автоматизации производства, торговой и транспортной сетей с помощью машины ЕС-1020, установленной на будапештском молокозаводе;
  • повышение ритмичности в обеспечении строительных работ (площадок) и уменьшение залеживаемости готовых изделий на складах за счёт внедрения ЕС-1020 для автоматизации производственного и снабженческого процессов на Будапештском домостроительном комбинате;
  • внедрение ЕС-1020 и ЕС-1040 для автоматизированных систем планирования и контроля на Дунайском металлургическом комбинате;
  • на Дунайской ГЭС шесть ЭВМ плюс подключенная периферийная система КАМАК управляли генераторами общей мощностью до 1200 МВт. На их аналоговых каналах были сосредоточены 1500 контрольно-измерительных пунктов, а на цифровых до 3000 контрольно-измерительных пунктов.

Для развития систем информации и управления во всех областях народного хозяйства, а также для координации развития вычислительной техники и её внедрения в различных областях деятельности по всей стране в январе 1976 г. был основан Научно-исследовательский институт прикладных вычислительных систем — SZAMKI. Институт насчитывал около 500 сотрудников, работавших в десяти независимых научных отделах. Деятельность института в основном строилась на опыте ранее открытого предприятия по системотехнике INFELOR. Создание SZAMKI означало появление компетентной организации, способной взять на себя ответственность за выполнение местных, а также зарубежных требований и поддержание связей. В частности, они касались системных разработок для проектов ЕС, открытия новых компьютерных центров, создания компьютерных сетей для информационных и передающих систем, повышения квалификации специалистов по обработке данных, издания компьютерных книг и журналов, равно как и вопросы кооперации с другими социалистическими странами. SZAMKI был независимой, самофинансируемой организацией. Сотрудничество с ГДР основывалось на договоре о “Разработке и совместном обеспечении машин и устройств для удалённой обработки данных, создании банков данных, процессоров, микрокомпьютерных модулей и строчных принтеров”, заключенном в 1972 г. В дополнение к этому успешно развивалось сотрудничество с СССР и Чехословакией.

В 1981 г. была принята новая программа развития электронной промышленности. Следующие предприятия были возведены в ранг поставщиков электротехнической и электронной продукции:

  • VIDEOTON — Будапештский завод электроники (в рамках проекта ЕС для производства ЕС-1010, а позже ЕС-1011, ЕС-1012 и ЕС-1015);
  • разработки VIDEOTON в кооперации со шведской фирмой SAAB. Эти разработки были нацелены на выпуск вычислительной системы VT-20 (Videoton-20), офисного компьютера VT-30 и VT-50, вычислительной системы VT-60, в создании которой принимал активное участие известный конструктор Луиджи Колани, также VT-70 и VT-600, терминалы, параллельные принтеры и системы регистрации данных;
  • Будапештский завод радиотехники. Это предприятие изготавливало носители на магнитных лентах, конвертеры, устройства памяти на магнитных лентах;
  • Будапештский завод электронно-измерительной аппаратуры. На этом заводе производился настольный компьютер ORION (тип 71-666);
  • Венгерское оптическое предприятие в Будапеште. На нем делали приводы для магнитных дискет MOMFLEX-3200;
  • Будапештская фабрика механической измерительной аппаратуры. На этой фабрике производились микрокомпьютеры SAM-80 с процессором INTEL-8080A;
  • Будапештской общественной промышленной экспортной компании VIDEOTON и предприятию внешней торговли METRIMPEX было поручено проведение внешнеторговых операций.

Помимо перечисленных организаций имелось большое количество научно-исследовательских институтов, внесших значительный вклад в развитие венгерской вычислительной науки и техники. Основными из них были:

  • Главный институт физики Венгерской академии наук;
  • Будапештский институт измерений и вычислительной техники (MTA KFKI); он занимался разработкой малой вычислительной машины EMU-11;
  • Будапештский координационный институт вычислительной техники SZKI, открытый в 1968 г. Это был самый значительный венгерский институт в этой области;
  • Будапештский международный компьютерный и информационный центр; ориентировался на разработку ПО и развитие образования в области вычислительной техники.

Кроме того, Венгрия превратилась и в крупного разработчика программных продуктов. Уже в 1969 г. был создан Национальный учебный центр по вычислительной технике. Сотрудничая с Будапештским университетом, молодые ученые основали там школу программирования. С помощью ООН она быстро выросла в очень популярный Международный центр компьютерного образования (по-венгерски SZAMOK), официально объявленный в 1973 г. Только в этом же году более 8000 желающих были зачислены на различные курсы. SZAMOK, оборудованный одной машиной IBM-360/145 и PDP-11/70 — компьютером с множественным доступом в режиме разделения времени — показал отличные результаты в развитии всеобщего образования во всех отраслях информатики, равно как и в системном программировании; он достиг значительных результатов на уровне лучших мировых стандартов.

Учебные курсы были доступны и для иностранцев. Помимо венгерского, на них обучали по-немецки, по-русски и по-английски. За период 1969-1978 гг. SZAMOK выпустил более 52 000 специалистов. Эта деятельность создала прекрасные условия для последующего открытия вычислительных центров и фирм по производству программ. Наиболее важным было то, что благодаря их усилиям венгерская информатика превратилась в независимую науку.

Большой дополнительный вклад был также внесен “Обществом Яноша Нойманна”. Эта техническая и научная организация была создана в 1975 г., хотя сама идея увековечивания памяти выдающегося ученого родилась еще в 1968 г. Планируемая деятельность этого общества в основном состояла в алгоритмизации, программировании, системной организации, разработке вопросов теории систем, системных применениях и в создании прикладного ПО. Поддержка централизованной государственной программы по развитию вычислительной техники была признана обществом в качестве первостепенной задачи. Особую поддержку получил выпуск двух основных периодических изданий “Вычислительная техника” (Szamitatstehnika) и “Информатика и электроника” (Informacio es Elektronika).

Среди других успешных мероприятий следует назвать популярные телевизионные курсы программирования на языке BASIC. Свыше 6000 человек принимали участие в выпускных экзаменах, и более половины успешно их сдали. Венгерское правительство поддержало последующее основание многочисленных компьютерных клубов. Появившиеся в Интернете 1990-е гг. комментарии западных программистов, специалистов и просто интересующихся состоянием (к сожалению, бывшим) компьютерных дел на Востоке отмечают, что о подобной общественной атмосфере для воспитания детей на Западе и мечтать не могли. Стремительно распространившаяся атмосфера компьютеризации еще больше усиливала и без того процветающую отрасль программирования, значительная часть продукции которой ничуть не уступала по качеству ни советским аналогам, ни уровню западного рынка. Венгерские прикладные программы по различным общим, а также специальным и необычным темам регулярно демонстрировались на международных ярмарках в Лейпциге и Ганновере[4].

Польша

Развитие польской вычислительной техники началось в конце 1948 г., когда в Институте математики в Варшаве была создана группа математических устройств (Grupa Aparatow Matematycznyh — GAM), возглавлявшаяся Генриком Граневским. Её работа в основном была направлена на развитие аналоговых вычислительных машин решавших дифференциальные уравнения. Создание ЭВМ ARR (Analizator Rownan Rozniczkowyh), снабженного 400 электронными лампами было закончено в 1954 г. Она и считается первым польским компьютером. В 1955 г. это изобретение было удостоено Польской Государственной премии.

Появление этого компьютера создало как инструментарий, так и техническую базу для повышения квалификации многих математиков. Однако же дальнейшее развитие было сильно затруднено (чтобы не сказать — заторможено) прежде всего откровенно низким качеством польских электронных ламп. После принятия ряда мер (организации импорта ламп из Западных стран) положение несколько улучшилось. В результате польские инженеры смогли изготовить следующую — теперь уже цифровую — машину XYZ. Архитектура этой машины в основном повторяла IBM 701, однако конструкция её триггеров — важнейших компонентов компьютера — была взята у советской БЭСМ-1, введенной в эксплуатацию в Москве в 1955-1956 гг. Ртутные лампы, равно как и устройства памяти на ртутных линиях задержки и магнитных барабанах, польские конструкторы разработали самостоятельно. В 1958 г. эта машина была готова, её производительность достигла 800 оп/с, и в течение нескольких лет она оставалась самой быстрой из польских ЭВМ. Для польских специалистов эта машина стала определенной вехой в развитии отечественного компьютеростроения. Усовершенствованная модель этой ЭВМ, названная ZAM-2, была уже большой машиной с производительностью в 1000 оп/с и выполнением операций как с фиксированной, так и с плавающей запятой. Эта ЭВМ была снабжена устройством памяти на основе обмоток из никелевого провода (разновидность линии задержки), а также магнитным барабаном. Ввод/вывод данных производился с помощью перфоленты в диапазоне скоростей от 30 до 300 знаков в секунду. Машина оказалась довольно удачной, и некоторые из её устройств даже шли на экспорт. Особенностью обеих этих машин была специальная система автоматического кодирования (Systema Automatichnogo Kodowania, SAKO), разработанная в 1960 г. и впоследствии часто называемая “польским Фортраном”.

В 1972 г. в производственную программу Завода точной механики (BLONIE) во Вроцлаве было включено изготовление устройства чтения информации на перфолентах (со скоростью около 1000 знаков в секунду), перфоратора для ленты и высокоскоростного принтера, выпускавшегося по лицензии Британской ICL. Фабрика MERA в Варшаве изготавливала мини-компьютер MOMIK-8-B и миниатюрное вычислительное устройство K-302, разработанное Варшавским институтом математических машин. Завод ELWRO во Вроцлаве, принадлежавший к производственному объединению MERA, также был важным предприятием. В 1970 г. на нем работало 4000 специалистов, 800 из которых были учеными, инженерами и техниками. Ламповые компьютеры ODRA начали выпускаться этим предприятием довольно рано. Так, ODRA-1001 вошла в эксплуатацию в 1960-м, а ODRA-1002 в 1962 г. В 1965 г. за ними последовали ODRA-1003 и ODRA-1013. В начале 1970-х был начат выпуск серии ODRA-1300. Кроме того, завод освоил производство специальной модели ODRA-1304 с производительностью в 45 000 оп/с, выпустив 500 машин. Там же производились и ODRA-1305 (64 К, 24 бит/слово, скорость 400 тыс. оп/с) и ODRA-1325 (16 К, 90-300 тыс. оп/с). Следует упомянуть и то, что эти машины уже были совместимы с различными компьютерами и периферийными устройствами британской ICL-900 и американской IBM 360. Совместимость с ICL относилась в основном к программному обеспечению, разрабатывавшемуся совместно с британскими математиками по соглашению о кооперации. В области мини-машин MERA привлекла внимание в 1975 г., представив систему MERA-300, впоследствии переделанную в MERA-400. В отчетном производственном балансе, посвященном 15-летию работы объединения MERA-ELWRO, была названа цифра 1000 машин. Среди других производителей стоит также отметить фабрику BLONI во Вроцлаве и ELZAB в Хеланке.

Развитие кооперации с СССР привело к участию Польши в программе ЕС. Польша выпускала компьютер ЕС-1030. Эта ЭВМ первый раз выставлялась на 41-й международной торгово-промышленной ярмарке в Познани в 1972 г. польскими производственным объединением MERA и предприятием внешней торговли METRONEX. Её серийное производство началось в 1974-м при активном участии специалистов Ереванского института математических машин. Потом её сменила усовершенствованная модель ЕС-1032. Затем Польша в содружестве с СССР производила компьютер ЕС-1045, выставлявшийся в Москве в 1979 г.

Румыния

Компьютер CIFA, разработанный Физическим институтом АН СРР (с использованием французских прототипов), можно считать самым ранним достижением румынской вычислительной техники. Хотя выпуск электронных офисных машин и начался в 1968 г., полное развертывание производства вычислительных машин произошло в Румынии только к 1970 г.

В 1968 г., следуя традиции особых отношений с Францией, Румыния приобрела патент французской машины IRIS-50 у фирмы CII, преемника знаменитого пионера вычислительной техники фирмы BULL. Машина была продана в Румынию как компьютер FELIX, но также продолжала развиваться и в самой Франции, как, например, Iris-50M — военная модификация производства 1971 г.

Первый же румынский промышленный центр по производству электроники и средств автоматики, равно как и Центральный НИИ обработки данных (информации), был основан в Бухаресте.

За этим последовал ряд государственных решений и резолюций по развертыванию электронной обработки данных, включавшихся в каждый пятилетний план — 1971-1975, 1976-1980 и т. д.

В проекте ЕС Румыния не участвовала как производитель. Более того, она присоединилась к проекту ЕС уже в 1973 г., и таким образом её деятельность оказалась ограниченной участием только в более позднем проекте СМ (малых компьютеров). Тем не менее Румыния начала закупать машины ЕС через свою внешнеторговую организацию ELEKTRONIUM.

В противоположность этому производственная кооперация с западноевропейскими, в особенности с французскими, партнерами развивалась в Румынии весьма активно. Так, по французским лицензиям CII производилась серия компьютеров FELIX, а компания ROM CONTROL DATA Ltd. была специально организована совместно с CDC для изготовления периферийных устройств.

Другими наиболее важными производителями были промышленный центр CIES по выпуску средств электротехники и автоматики в Бухаресте, предприятие ELECTROMURES в Тигру Марэ, завод электронно-вычислительной техники в Бухаресте, завод устройств автоматизации в Бухаресте, Бухарестское производственное объединение по выпуску периферийных устройств.

Производственная программа включала выпуск компьютеров обработки данных FELIX С-32 и компьютера третьего поколения FELIX С-32Р (1974 г.), универсального компьютера третьего поколения FELIX С-256, компьютера FELIX 512, а также FELIX 515 со скоростью 300 000 оп/с и малой машины INDEPENDENT-102.

Кроме перечисленного, выпускались также мини-машины I-100 с модульной архитектурой, I-102F и мини-компьютерная система М-118, малая ЭВМ CORAL-4001 и CORAL-4011 (16 бит, 600 тыс. оп/с) офисные компьютеры СЕ-125 и СЕ-126 и различные бухгалтерские машины: FC-15, FC-30, FC-64.

Выпускался и целый ряд периферийных устройств для вычислительных систем, например записывающие устройства на перфорированных и магнитных лентах.

К 1976 г. общее число румынских ЭВМ не превышало 90, причем 70 из них находились в различных министерских учреждениях, промышленных директоратах, крупных предприятиях и университетах. Большинство из них составляли компьютеры FELIX-С-256.

Болгария

Болгария, долгое время остававшаяся типичной аграрной страной, начала путь к созданию собственной электронной промышленности в 1945 г. с мероприятий по освоению производства радиотехнических устройств.

Начало её деятельности по собственно вычислительной технике относится уже к 1960-м, однако и тогда она ещё не выходила за рамки теоретических исследований Математического института Болгарской академии наук. В то же время многочисленные болгарские студенты постоянно получали образование в высших учебных заведениях СССР, ГДР и других социалистических стран, закладывая научную основу для развития ВТ в самой Болгарии. Правительство страны принимало все меры по развитию собственного высшего технического образования, и не удивительно, что уровень квалификации болгарских ученых и специалистов рос очень быстро.

Первый болгарский центр вычислительной техники открылся 1 июля 1961 г. В нем работали в основном математики — выпускники Софийского университета. Под руководством Любомира Илиева, Благовеста Сендова и Бориса Боровского первый болгарский компьютер “Витоша” был введен в эксплуатацию в 1963 г. Это была одноадресная машина на электронных лампах и с магнитным барабаном, имевшим ёмкость в 4096 40 битовых слов. Вскоре за ним последовал мини-компьютер ЕЛКА-6521. Коммерческое производство ЭВМ началось в 1966-1967 гг. на Заводе вычислительной техники в Софии. Первая модель ЗИТ-151 была принята в эксплуатацию в 1971 г. Производили ее по лицензии японской компании Fujitsu. Машина была оснащена собственными болгарскими полупроводниками, изготавливавшимися начиная с 1964 г. по французским лицензиям. Эти компьютеры уже были снабжены компиляторами для Фортрана и Кобола. К концу 1960-х появились и болгарские транзисторы. Производство их основывалось на технологии MOS.

В начале 1969 г. правительство провело различные реформы по совершенствованию системы управления экономикой и её развития. В соответствующих официальных документах появились требования к внедрению комплексной автоматизации и кибернетизации производства и управления. Основное направление развития заключалось во всемерном развитии систем и технологий обработки данных. В этот же период началось и вступление Болгарии в проект ЕС. В 1967 г. Болгария приняла активное участие в первых переговорах о совместном развитии и единой технической политике в области ЭВМ, в результате чего было подписано (многостороннее) соглашение о сотрудничестве. В 1969 г. были созданы Межправительственная комиссия и Совет главных конструкторов по вычислительной технике для разработки ЕС ЭВМ.

Все эти концепции реализовывались путем создания трёх больших государственных объединений:

  • государственного экономического объединения — ИЗОТ;
  • государственного экономического объединения по электронным компонентам;
  • государственного экономического объединения — РЕСПРОМ.

Предприятие ИЗОТ, расположенное в Софии, отвечало за научные исследования, развитие и производство. Среди болгарских предприятий, занятых выпуском ЭВМ, оно, бесспорно, стало важнейшим проектно-производственным объединением. В состав ИЗОТ вошли следующие ведущие организации:

  • Софийский завод вычислительной техники;
  • заводы по производству устройств памяти в Пловдиве, Старой Загоре, Велико Тырново и Бургасе;
  • фабрика магнитных дисков в Пазанджике;
  • завод “Оргтехника” с лабораторией технического развития в Силистрии (Силистре);
  • фабрика пишущих машин в Пловдиве;
  • завод “Электроника” в Софии;
  • завод регистрирующей аппаратуры в Самокове;
  • завод механических конструкций в Благоевграде;
  • завод печатных плат в Руссе;
  • ремонтная фабрика “Канцеларски машины” в Софии;
  • завод “Аналитик” в Михайловграде;
  • завод “Климент Ворошилов”, производивший периферийные и радиорелейные системы;
  • завод в Варне;
  • завод “Электра”, завод по выпуску электронных компонентов и сервису изделий ИЗОТ в Софии. ИЗОТ также включал многие НИИ и центры технического развития.

Болгарские специалисты быстро наладили кооперацию с минскими коллегами, имевшими большой опыт в разработке ЭВМ серии “Минск”. Вскоре появились совместные коллективы, быстро решавшие довольно сложные проблемы, например:

  • определение архитектуры машины, её микропрограммное управление, организация и структура каналов и интерфейса, арифметического и логического устройства и т. д.;
  • использование новой интегральной элементной базы при конструировании больших вычислительных устройств в системе третьего поколения;
  • разработка конструкции, основанная на модульном принципе;
  • решение сложных конструктивных и технологических вопросов при разработке оперативной памяти;
  • создание основ для совместной работы по автоматизации проектирования.

В 1970 г. был учрежден Экономический совет по электронным компонентам с директоратом в Ботевграде. Он объединял десять производственных предприятий, а также исследовательские и проектные институты. На этот совет возлагалась ответственность за производство транзисторов, кремниевых диодов, интегральных переключателей, конденсаторов, резисторов и т. д.

Помимо значительных инвестиций в эти предприятия, сделанных соответствующими советскими организациями, были заключены договоры о кооперации и большая практическая помощь оказывалась Советским Союзом во всех производственных областях в течение многих лет. Таким образом, Болгария быстро заняла важное место среди стран СЭВ — производителей ЭВМ, а позже смогла поставлять значительную часть своей электронной продукции в СССР. В 1980-е, особенно с появлением малых и персональных ЭВМ, болгарские устройства памяти и магнитные диски ИЗОТ стали особенно популярными у советских потребителей.

Начиная с 1970-х основой болгарско-советского сотрудничества стало также совместное производство ЭВМ ЕС-1020, возглавлявшееся научно-исследовательским институтом в Минске и Институтом вычислительной техники в Софии.

Производство этих машин на заводе им. Орджоникидзе в Минске и на болгарском ИЗОТе, равно как и презентация на выставке “ЕС-73” в Москве, ознаменовало важный этап в развитии болгарского производства вычислительной техники, что в конечном счете создало необходимые условия для внедрения средств автоматической обработки информации и в болгарскую экономику.

Модель ЕС-1020 из первой серии машин ЕС производилась в 1973-1976 гг.; за ней последовала улучшенная модель ЕС-1022. В то же самое время началось развитие второй серии. СССР и Болгария начали совместную разработку машины ЕС-1035. Минский завод им. Орджоникидзе производил процессоры, а устройства памяти изготавливались в Болгарии. Коммерческое производство ЕС-1035 началось в 1980 г. Таким же образом проходило и сотрудничество с СССР в области производства малых и микромашин, что включало и экономическое планирование, и разработку методов их применения в различных областях. Для этого в 1977 г. было даже создано специальное совместное конструкторское бюро “Интерпрограм”.

Помимо активного участия в программе ЕС ЭВМ, где Болгария проводила совместные работы со всеми странами СЭВ, она также участвовала и в последующем проекте создания малых машин СМ ЭВМ.

Вне рамок этих проектов на Софийском заводе “Электроника” были выпущены и внедрены в серийное производство малогабаритные модульные мини-ЭВМ ИЗОТ-0310, поскольку руководством отмечалась важная роль систем, построенных на мини-машинах в разных областях промышленности, сельского хозяйства, административной работы и т. п. Опыт, полученный болгарскими специалистами в совместной работе, помог успешному решению сложных проблем, возникших при самостоятельных разработках. В НРБ были созданы устройства магнитной памяти со сменными дисками, магнитные платы для микроустройств памяти, устройства памяти на магнитной ленте и магнитные ленты разных типов, в том числе и для устройств памяти на магнитных кассетах. Также производились устройства управления периферийной памятью и регистрирующие устройства на магнитных лентах, устройства ввода информации на перфокартах, принтеры, мониторы и другие устройства для обработки данных (коммутаторы, модемы, терминалы, мультиплексоры и т. д.).

Среди наиболее известных примеров можно назвать серию внешних запоминающих устройств (ВЗУ) на сменных магнитных дисках ЕС-5052 (ёмкость 7,25 Мб на пакет), ЕС-5061 (29 Мб на пакет) и ИЗОТ-1370, а также ВЗУ на магнитной ленте ЕС-5012 М и ЕС-5012-01, предназначенные для работы как с машинами ЕС, так ЭВМ “Минск” и “Одра”, а также малые накопители на магнитной ленте ИЗОТ-1006 и ИЗОТ-5004 Е. Их характеристики удовлетворяли требованиям потребителей при создании систем на базе как больших, так и малых ЭВМ. В конце 1970-х по программам ЕС и СМ объединение ИЗОТ также производило устройство обработки текстов ИЗОТ-1002-С.

В конце 1970-х было создано болгарское устройство подготовки данных на магнитной ленте ЕС-9002, в котором информация вводилась на ленту непосредственно с клавиатуры. Оно пользовалось большим спросом не только в Болгарии, но и в СССР. Не меньшую популярность приобрело и запоминающее устройство на магнитном диске ЕС-5074. Более поздняя система ЕС-9003 представляла собой гибкое средство подготовки данных на магнитной ленте с помощью клавиатуры под управлением мини-ЭВМ. Эта система заменяла любое устройство подготовки и предварительного контроля вводимых данных.

Важным моментом было внедрение комплексных систем телеобработки данных ЕСТЕЛ. Система ЕСТЕЛ представляла собой комплекс аппаратных и программных средств, ориентированных на использование ресурсов центральной ЭВМ множеством удаленных потребителей. Для этого требовалось наличие ЕС-ЭВМ и хорошо развитых сетей связи. Все вышеперечисленные устройства изготавливались для ЕСТЕЛ (или с учетом её требований). Её параметры соответствовали машинам ЕС, и все устройства были полностью совместимы. Всё необходимое ПО также полностью соответствовало стандартам ОС — ЕС. Системы эти составлялись не только из болгарских, но и советских и венгерских компонентов.

Примечательно, что, несмотря на довольно скромный опыт промышленного производства, качество болгарских устройств памяти, периферии и т. д. было вполне удовлетворительным. Иногда оно превосходило и уровень качества сходных советских моделей. Высокого уровня качества советское массовое производство начало достигать довольно поздно. Определенную отрицательную роль сыграли довольно сложное разделение функций между партнерами и бессмысленные бюрократические препоны, часто усложнявшие или даже тормозившие совместную работу.

Тем не менее, сотрудничество с СССР обеспечивало НРБ высокие темпы развития. По официальным данным, рост производства ИЗОТ (имевшего наиболее высокие темпы) в 1970-е гг. составлял до 30% в год. За период 6-й пятилетки (1970-1975) объем производства ВТ увеличился в 10 раз, причем до 80% продукции экспортировалось в страны СЭВ.

Болгария также проводила совместные разработки с заводами “Karl Zeiss” и предприятием Robotron в ГДР, заводом TESLA в Чехословакии, объединением MERA в Польше, с ВНР, СРР и Кубой.

Кроме ЭВМ в НРБ создавалась широкая гамма микрокалькуляторов “Елка”: “Елка-101” (-110, -130, -135), серия настольных калькуляторов для экономических расчетов “Елка-50” (-51, -53, -55) и микрокомпьютеры для научных расчетов “Елка-58”, -59. Электронные кассовые аппараты “Елка-89” могли работать не только автономно, но и как терминалы в составе системы управления торговыми объектами на базе мини-ЭВМ ИЗОТ-0310. Кассовый аппарат “Елка-88” для предприятий общественного питания был по существу специализированным компьютером, позволяющим производить все виды расчетных операций, необходимых в данной сфере.

Для бухгалтерских и управленческих систем выпускались алфавитно-цифровые печатающие устройства ИЗОТ-132-Д и ЦПУ МИНИПРИНТ-45 и МИНИПРИНТ-77, а также пишущие машинки “Марица” и различные микропроцессоры.

Можно также отметить, что благодаря своей активной политике в области развития вычислительной техники Болгария смогла позволить себе определенную роскошь, разрабатывая различные системные решения для общих применений, например в административных и управленческих системах, науке и технике, а также в производстве и технологических системах и процессах.

Куба

До революции 1961 г. Куба не занималась никакой деятельностью, связанной с ЭВМ, хотя в конце 1950-х правительство диктатора Батисты и приобрело два американских компьютера первого поколения.

В 1963 г. на острове появилась первая машина — ELIOT-803, импортированная из Великобритании. Подобно Болгарии, Куба развернула массовое обучение своих специалистов в вузах СССР, ГДР и других социалистических стран, что вскоре создало удовлетворительный условия для внедрения вычислительной техники в различных областях народного хозяйства. В 1969 г. был основан Центр цифровых исследований (CID), а в 1970 г. выпущена первая мини-ЭВМ типа CID-201-А, созданная пионером кубинского компьютеростроения инженером Орландо Рамосом.

В 1972 г. страна вошла в состав СЭВ и в том же году она присоединилась к проекту ЕС, а на основании государственного закона “О создании центральных административных органов государства” в провинции Мантанзас был открыт Национальный институт систем автоматики и вычислительных машин, INSAC (при Совете Министров). Помимо научных, институт имел и координационные функции и создал ряд предприятий для научных и производственных проектов. Эти мероприятия обеспечили возможности для дальнейшего развития кооперации с другими социалистическими странами и дали возможность установить централизованный контроль и управление как научными исследованиями, так и производством.

Соответствующее ПО создавалось параллельно с общим развитием ЭВМ. Программирование и др. компьютерные дисциплины преподавались в нескольких университетах, включая Университет в Гаване, Университет Лас-Вияс в Санта-Кларе и Высший политехнический институт им. Хосе Антонио Экеверья (ISPJAE) — технический университет, открытый в Гаване в 1964 г. (факультет микроэлектроники основан в 1969 г.).

Некоторый вклад был внесен Кубой и в развитие мини-машин СМ — был создан микрокомпьютер СМ-50/40-1, а в 1980 г. было завершено создание кубинской СМ-3.

В 1974 г. был основан Институт кибернетики, математики и физики (ICIMAF), успешно работающий и по сию пору.

В 1975-1979 гг. началось направленное использование учащихся средних и специальных заведений в качестве вспомогательной рабочей силы в различных производствах и проектах по ВТ, для создания перспективного контингента готового к получению квалификаций связанных с ЭВМ.

Начиная с 1976 г. серия кубинских мини-компьютеров CID поступила в коммерческое производство (CID-201-В, CID-300), однако их проектирование было не совсем оригинальным, поскольку на него оказала влияние PDP-11 компании Digital.

К концу 1976 г. в различных отраслях народного хозяйства Кубы имелся 101 компьютер. Среди них — два больших ЕС, две военные установки, 11 меньших и 86 совсем малых компьютеров кубинского производства модели CID-201-В.

Для развития кубинских систем автоматизированного управления в 1977 г. ГДР передала первую машину ЕС-1040 предприятию Consumimport. Сама Куба выпустила более 300 мини-компьютеров и несколько тысяч асинхронных терминалов. Участие в СЭВ также позволило получить несколько заводов с высокими технологиями для развития производства электронных компонентов. Определенные успехи были достигнуты и в области развития АСУ, особенно в сельском хозяйстве и сахарной промышленности.

Тем не менее, уровень больших машин так и не был достигнут, все они привозились из-за рубежа. В самые последние годы кубинская электронная промышленность сориентировалась на производство медицинского диагностического и т. п. оборудования, достигшего хорошего уровня качества и получившего признание в ряде стран.

В других странах СЭВ, в частности в Монголии и Вьетнаме, производство ЭВМ и развитие их применения происходило аналогичным образом. Несмотря на ограниченные научные и общие достижения, опыт использования ЭВМ этими странами, безусловно, нес в себе много интересного, поскольку он наглядно демонстрировал реальные результаты применения машин при наличии адекватных научных условий и образовательной подготовки обслуживающих специалистов.

Отличительной чертой СССР, ГДР и других стран СЭВ была система приоритетов в государственной политике, направленных на всемерное развитие науки и создание условий и структуры массовой подготовки высококвалифицированных специалистов.

Литература

  • F. Neumann. Development of computers in the countries members of the council of mutual economic assistance. // In Computing in Russia. G. Trogemann et al. VIEWEG Wiesbaden 2001
  • Вычислительная техника социалистических стран. Сб. ст. Под общей ред. М. Е. Раковского. Вып. 1-8. М., Статистика, 1977-1980.
  • Geschichte des VEB Kombinat Robotron. Zusammengestellt durch Frau Dr. Kretschmer.
  • Б. Н. Малиновский. История вычислительной техники в лицах. Киев, КИТ, ПТОО “А. С. К.”, 1995.
  • Статья опубликована 26.11.2005 г.

    Примечания

    1. …Было бы интересно взглянуть на общество, где всё и всегда реализуется только адекватными методами!

    2. Например, во время конференции по истории технологий Восточной Европы “Tagungen 2000, SHOT/GTG”, организованной в августе 2000 г. в Мюнхене международным обществом по истории технологий “SHOT/GTG”.

    3. Примечательно, что, будучи перенесенной на российскую почву, классическая немецкая система образования смогла развиться в соответствии с прогрессом науки и дала прекрасные плоды, создав впечатляющую высшую школу периода СССР, ставшую эталоном высокого уровня для всех стран Восточной Европы и сохранившую кое-какие традиции до сих пор. В самой же Германии (западной) в послевоенное время, а с 1990-х и в ГДР, её уровень сильно снизился.

    4. Немецкое название Ханнофер (Hannover) в России упорно пишут как Ганновер, равно как и Хайдельберг (Heidelberg) величают Гейдельбергом, однако город Хемнитц (Hemnitz) никто “Гемнитцем” не зовет.






    Рекомендуемый контент




    Copyright © 2010-2017 housea.ru. Контакты: info@housea.ru При использовании материалов веб-сайта Домашнее Радио, гиперссылка на источник обязательна.